Доминика из Долины оборотней

– Конечно, летела, – улыбнулся он. – Это тоже теперь твоя способность.

– Хочу ещё! – мне хотелось, как в детстве, в нетерпении прыгать и хлопать в ладоши.

– Вперёд, – дал отмашку Фрэнк. – Выбирай, куда теперь?

– Туда хочу! – ткнула я пальцем. Выбранная мною цель располагалась футах в сорока от нас, наискосок по склону.

– Давай! – подбодрил меня Фрэнк.

– Думаешь, я смогу? – на всякий случай уточнила я.

– Запросто, – кивнул он, и я прыгнула.

Фрэнк был прав – иначе как «запросто» это не назвать.

– Туда! – ткнула я пальцем в новую цель.

– Вперёд!

– Туда!

– Давай!

– Туда!

– Лети, Солнышко!

И я летела! Я скакала по склону вверх и вниз, с уступа на уступ, забираясь почти на самый верх и спускаясь почти к самой земле.

И Фрэнк постоянно был рядом, чуть выше или чуть ниже, но он всё время оказывался поблизости. Я была в диком, непередаваемом восторге, наконец-то я почувствовала это – скорость, полет, адреналин. Это было именно то, чего я ждала от перерождения. Нужно будет и по дороге так же передвигаться – не бегать, а прыгать. Господи, как же здорово!

Мои прыжки становились всё длиннее, цели – всё неприступнее, я совершенно освоилась и теперь уже могла себе позволить осматриваться в полете по сторонам, а не смотреть только в то место, куда должна приземлиться.

И основным объектом моего любования и восхищения был Фрэнк, который невероятно быстро и изящно перемещался по склону следом за мной. В какой-то момент, решив, что совершенно освоилась с новым развлечением, я решила немного пошалить. Крикнув: «Фрэнк, догоняй!», я припустилась по склону со всех ног, мои прыжки стали хаотичными, я радостно хохотала, удирая от Фрэнка, больше смотрела на него, чем под ноги, за что в итоге и поплатилась.

В какой-то момент, будучи на самом верху, я прыгнула, практически не глядя, поскольку была сосредоточена на преследовавшем меня Фрэнке. Я успела увидеть его перепуганное лицо, услышала: «Ники, стой!», а в следующее мгновение поняла, что перестаралась с прыжком и, перелетев через гребень холма, падаю с другой его стороны. Скалы снаружи отличались от внутренних, они были практически отвесными и лишёнными всякой растительности. Уступы были и на них, мои родственники спокойно перемещались по ним вверх и вниз, если нужно, но я отлетела от края футов на десять, и ближайший уступ, на который я могла бы приземлиться, был футах в ста подо мной, а то и дальше.

И я медленно планировала вниз, успокаивая себя тем, что в теории должна бы приземлиться без проблем, а если и поранюсь, то быстро исцелюсь. Но не успела я выбрать местечко, на которое приземлюсь, как меня подхватили сильные руки, прервав моё падение, а в следующее мгновение я уже вновь была на вершине горы, в колыбели нежных, хотя и очень твёрдых рук.