Доминика из Долины оборотней

«Да! Да! Так! Гладь Лаки! Хороший человек! Хороший!»

– Фрэнк сказал, что ты услышала мысли утки и попросил привести сюда Лаки, – опускаясь на траву рядом со мной, выливая в кружку оставшуюся в бутылке воду и протягивая её мне, сказала Рэнди. – Для чистоты эксперимента. А то вдруг ты одних только уток и можешь слышать.

– Лаки тоже могу, – оторвавшись от кружки, из которой залпом выпила всю воду, ответила я. – И словарный запас у него намного больше, чем у уток.

– И о чём он думает? – с живым интересом воскликнула Рэнди, машинально поглаживая переметнувшегося к ней пса.

– Я – хороший человек, даже друг. А ты – хозяйка, и Лаки тебя обожает. Гладь ещё. Дай колбаски.

– Сейчас дам, – закивала Рэнди. – Я же всё равно эти бутерброды вам с Фрэнком несла. Там и с колбасой, и с сыром, и с паштетом, и с ветчиной. Разные.

– Это Лаки колбаски просит, – рассмеялась я. – Но от бутербродов не откажусь. Вроде бы ночью столько всего съела, а сейчас – такая голодная.

– Издержки взросления. Привыкай к подобным порциям. – Рэнди открыла сумку, порылась в ней и, достав кусок колбасы, скормила его Лаки. – Вот тоже обжора. Ведь только что смолотил здоровенную миску мяса, а всё равно еду выпрашивает. Знает, что я не могу устоять перед его умоляющим взглядом. А если он ещё и догадается, что ты его понимаешь – пиши пропало. Так и будет клянчить еду непрерывно. Что он сейчас думает?

– Колбаса вкусная, хозяйка обожаемая, но Лаки хочет побегать – новое место, новые запахи, зверь, зверь! – переводила я. – Здесь на самом деле лиса обитает, я её видела.

– Тогда пусть побегает, познакомится с окрестностями, – улыбнулась Рэнди. – Лаки, гулять.

«Гулять, гулять, гулять!» – восторженно звучало у меня в голове, но вскоре исчезло – Лаки отбежал достаточно далеко, и я перестала слышать его мысли.

– А теперь, может, расскажешь, по какому поводу эти слёзы?

– Я ничего не могу нормально сделать, – пожаловалась я, вспомнив все свои неудачи. – Ни одеться, ни в туалет нормально сходить. Даже попить не получилось! И вот сижу я тут, вся такая суперсильная и супербыстрая, в мокрой футболке и без трусов! Хуже младенца!

– Знакомо, – закивала Рэнди. – Помню, сколько всего переломала в первые дни. А ведь мне приходилось всё это скрывать ото всех. Вот и старалась двигаться медленно и плавно, и очень-очень осторожно. Меня из-за этого приёмные родители называли «зомби». Ну и за холодную кожу тоже.

– Представляю, как тебе было сложно! – покачала я головой. – Со мной все так нянчатся, помогают, поддерживают, мой Фрэнк вообще чудо. Так что грех мне жаловаться. Просто всё сразу, подряд...

– Кое с чем могу помочь и я.

Рэнди зашла в палатку и вышла с большой футболкой, такой же, как была на мне сейчас, и трусиками.