Атлантарктида. Дикий, дикий Норд. Из глубины

– Бросьте… оружие! – раздался за их спинами сдавленный женский голос.

Оба обернулись.

Инга стояла в пяти шагах, согнувшись, направив на мужчин ствол автомата, устроившийся на сгибе локтя. Глаза у неё были чёрные, пустые, равнодушные и полусонные.

– Инга… – пробормотал Вербов.

– Положите… автоматы…

Лобанов искоса посмотрел на товарища, и Денис проговорил, стискивая зубы:

– Опусти!

Капитан выждал паузу, но послушался.

Вербов освободился от ремня своего автомата.

– Всё кончено, полковник. Буфер в наших руках.

– Отойдите от пульта!

– Твои хозяева погибли, здесь только мы. Одна ты ничего не сделаешь.

– Отойдите!

Вербов помедлил, прокачивая возможные варианты ответов, поднял руки, сделал шаг.

– Ты меня… убьёшь? За что? – Он сделал ещё один маленький шажок. – За то, что я русский? За то, что я не желаю никому зла и воюю за справедливость?

Два шажка, ещё один.

– Стой! Я… выстрелю!

– Тебя зазомбировали, а я, к сожалению, не сразу догадался. Ну, убьёшь меня, Макса, Юрия Илларионовича, что изменится? Здесь никого больше нет, тебе никто не поможет. А наверху вот-вот начнётся настоящая война! Может быть, и ядерная! Ты этого хочешь?

Два шага. Ствол смотрит в лицо. Ещё немного…

– Ты хочешь, чтобы все погибли? Семь с половиной миллиардов человек?! В том числе – твои близкие, родичи, друзья… Семья?!

– Не подходи…

Подбородок упёрся в зрачок ствола.

– Стреляй! Но знай – я тебя… люблю!

Автомат в руке женщины дрогнул.

– Ты… меня?!

– Да! И ты это знаешь! Стреляй!

Глаза Инги наполнились слезами.

– Я не могу… хочу… и не могу!

Кто-то вырвал автомат из руки женщины. Лобанов.

– Дьявольщина! Обнять и плакать! Она же могла тебя пристрелить!

Вербов прижал Ингу к себе. В голове плыл туман. Сердце наяривало самбу. Руки дрожали. Но он был уверен, что она не выстрелит. Сказал глухо:

– Не могла… успокойся, милая, всё будет хорошо, мы справимся с этой бедой, обещаю!

Лобанов проворчал что-то, вернулся к статуе.

Инга пошатнулась. Вербов поддержал её, усадил на пол.

– Посиди, а лучше полежи, мы закончим с этим делом.

– Денис Геннадиевич, – позвал Ковалёв.

– Иду. – Он подбежал к археологу. – Разобрались?

– Кажется, нашёл искомое. – Ковалёв пошевелил чешуйчатыми джойстиками. – Вот, смотрите.

Экран напротив отреагировал каскадом картинок, последняя из которых представляла схему – корабли на поверхности моря и вода под ними внутри призрачного пузыря.

– Если я не ошибаюсь, этот объём можно «выключить» из потока времени на четыре-пять секунд.

– И куда он денется?

– Земля повернётся за это время и одновременно улетит вперёд на двенадцать тысяч километров.

– Почему на двенадцать?

– Это её диаметр. Если она пролетит больше, американский флот либо повиснет в воздухе, либо окажется в космосе, за пределами атмосферы.