Девочка из прошлого

Заказываю сок и тут же получаю мягкий выговор, что ничего не ем. Пытаюсь объяснить, что не хочу, я так привыкла, но, похоже, говорю сама с собой. Егор выбирает на свой вкус.

Пока ждем заказ, спрашиваю про девочек и Ксюшу. У него глаза горят, когда говорит про жену. А потом он интересуется моим детством, учебой. Вспоминаю забавные случаи из интерната и он заразительно хохочет. Принято считать, что детский дом это мрак и ужас... Конечно, там несладко хотя бы потому, что ты одна, всегда одна. Но дружба, родившаяся в тех стенах, навсегда. Да и весёлых моментов тоже много, ведь дети умеют и любят шалить.

Егор смеется над очередной историей, когда сзади раздается голос Давида. Первым делом он садится рядом, притискивая к себе и напористо целует.

— Соскучился.

Егор смотрит на нас чуть прищурившись и широко улыбается, а потом начитает собираться. Хочет оставить нас одних или кое-кто попросил меня развлечь? Давид внимательно следит за мной и выдаёт моими же словами.

— Оставайся, а одна несносная девчонка уже решила, что я тебя попросил её отвлечь.

Нет, он точно умеет читать мысли. Егор снова улыбается и возвращается на свой диван. Я думала, начнут говорить о делах, но нет. Мы продолжаем рассказывать смешные истории и отлично проводим время, пока Давид обедает.

Прощаемся и едем в ""Лагорио"". Там всё готово уже. Очень красиво. У Давида прекрасное чувство вкуса и стиля. И, несмотря на то, что тут роскошно, еще здесь очень уютно. Когда Давид уходит с администратором что-то проверять, сбегаю в машину. Помню про прошлый визит бывшей девушки и не хочу повторения. Слишком много сегодня потрясений и без неё.

Следующая на очереди больница. Мама Давида очень тепло улыбается, тянется с объятиями. В носу щиплет от трогательности момента. Давид качает головой, когда мама просит его сходить ""попить кофе"", но выходит. Агата Львовна берет меня за руку и говорит, что она счастлива, что её сын меня встретил. От ее слов разливается теплота в душе. Такое спокойствие — спокойствие. Но это минутная заминка, мама Давида переводит тему и рассказывает о своих планах, новых теплицах и цветах. Она не очень опытный огородник, но когда у человека горят глаза, всё точно получится.

Вспоминаю, как у бабушки вдоль дорожек цвели желтые и оранжевые кустики. После непродолжительных поисков находим, что цветы называются бархатцами. Делаю скрины и отправляю Агате Львовне по её просьбе. Минут через двадцать приходит Давид и забавно морщит нос, спрашивая, наобсуждались мы уже или нет. Мне очень нравятся его отношения с родителями. Такая семья-семья. Как я себе всегда представляла.

После клиники у Дейва несколько встреч, мы едем вместе.