Девочка из прошлого

Я знаю, что с такой болью можно бороться медикаментами, перетерпеть, переждать.

Я знаю, что такое боль от потери друзей и знакомых. Это точка невозврата, которую никто не может изменить. Ты можешь помнить человека, может представлять его, но увидеть уже никогда.

Но я никогда не подозревал, что бывает боль от одиночества и тоски. Такая сильная боль, выжигающая нутро изнутри. Та самая, окрашивающая мир в черно—серый цвет.

— Друг, ты на себя не похож. Ты ж мужик, возьми уже себя в руки.

А я стараюсь. Стараюсь взять.

Узнав про отъезд девочки Саши, пил. Беспробудно. Что я творил — помню смутно. Бары сменяли друг друга, а облегчение не наступало. Головная боль, нездоровый сон, тошнота… — цена лекарства от любви…

На смену бесконечному спиртному пришла апатия. Был человек — и нет, вместо него по утрам в зеркало смотрит робот. Заученные действия, погружение в работу и нескончаемые мысли.

Нет, я адекватно отдаю себе отчет, что у нас с этой девчонкой нет никого будущего. Мы крутимся вокруг настолько далеких орбит, что вероятность соприкосновения стремится к нулю. В мечтах да, она могла быть моей. Но быть с ней — поставить ее жизнь под угрозу. То, чем я занимаюсь, не подразумевает отношений, брака и семьи в нормальном понимании. А у Саши не просто нормальное понимание, а правильное.

Черт его знает, в качестве кого я хочу присутствовать в жизни девочки—апельсинки. Становится ненормальным маньяком, подглядывающим за ее жизнью, я не готов. Это претит не только собственным принципам. Я ведь могу унизить девочку подобными действиями.

Я сам не знаю, чего хочу. Вернее… знаю, да… но сделать невозможное возможным конкретно в моей жизни не получится.

Хочу… хочу просто быть рядом. Как поддержка и опора. С чувствами со временем справлюсь."

"Вспоминаю, как сидел в машине, и читал пересланные Серым документы и выписки. Перечень травм, ожогов, разрывов, перелома ребер… эти слова врезались в память намертво. Я читал и горел заживо в том аду, в котором побывала девчонка. Хотелось быть рядом, передать ей свою уверенность, наделись своей силой. Такая недоступная, но такая желанная.

Когда звонит знакомый, которому я еще раньше закидывал удочку про Сашин перевод в Петербург, хватаюсь за эту мысль. Понятно, что за «спасибо» никто шевелиться не будет. Но эта проблема ерундовая — люди, решающие вопрос, с девочкой не пересекутся. На оформление уходит несколько дней и вот пакет всех документов у меня на руках. Саша конкретный не озвучивала, поэтому я выбрал лучший по составу педагогов. Для апельсинки очень важен этот аспект.

Чем больше узнавал про прошлое девчонки, тем больше хотелось помочь в настоящем. Но где помощь и где Саша. В ее жизни попадались явно хорошие люди, от которых она брала самое лучшее.