Огонь! Бомбардир из будущего

Укрываясь за санями и лошадьми, перезарядили оружие, положив рядом с собой по паре трофейных сабель. Татары выбрали новую тактику – от основной массы, а осталось их около тридцати пяти – сорока человек, отделились два отрядика, человек по пять, и стали обходить с двух сторон, почти беспрерывно обстреливая из луков. Двое наших охотников, хорошо владевших луками, отвечали. Не остался в стороне и я – раз за разом стрелял из штуцера, целя в грудь или живот. По убитым я видел, что брони на татарах не было, стало быть, можно стрелять не только в голову. Оба лучника и я вначале уничтожили правую группу, затем развернулись влево, но и татары, видя, что произошло с другими, тут же вернулись к своим, назад.

Опять стоят, не иначе другую пакость учинить думают. Наше положение тоже было шатким, укрыться можно только за санями, да от хорошей стрелы защита это хлипкая, брони на нас нет, начнет темнеть – татары могут под покровом темноты подобраться и кинуться. Из ружья или лука в темноте прицельно не выстрелишь, а для рукопашной их слишком много, нам не устоять. Но татары ждать не стали, стали стрелять по саням стрелами с горящей паклей. Одни сани занялись гореть сразу, дерево сухое, да и сено помогло, что на санях лежало. Выкурить нас захотели, да и то верно, если лишить нас даже этой хлипкой защиты, можно расстрелять затем стрелами, не сближаясь до рукопашного боя. Наши лучники и я из штуцера отвечали огнем, не давая приближаться. Остальные по мере возможности выдергивали из саней горящие стрелы и отбрасывали на лед. Несколько человек наши лучники и я уже свалили, мы были в напряжении, ожидая новой атаки. К нашему удивлению и радости, татары вдруг развернулись и исчезли за поворотом. Мы переглянулись – новая уловка или ушли? Хотелось бы второго. Сидор с товарищем вызвались сходить в разведку. Осторожно, вдоль берега, держась подальше от высокого берега, подобрались к повороту, развели в недоумении руки, татар не было. Мы поставили сани, связали постромки, запрягли лошадей и уложили выпавший груз. Раненых уложили в сани, шедшие последними. Обоз наш уменьшился на двое саней, убитых сложили в отдельные сани, надо при первой же возможности похоронить их по-человечески. Когда подъехали к повороту, стала понятна причина бегства татар – на месте их стоянки лед стал покрываться трещинами. Испугавшись, что лед может провалиться, татары ушли. У них, собственно, другого пути и не было, как вниз по Каме. Впереди преграждали дорогу мы, на берегу рыхлый снег, по которому верховому не разогнаться. Не получилось у них набега, добычи не взяли, а пол-отряда потеряли. Смеркалось. Выбрали место на берегу, развели костры, отогрев землю, выкопали могилы и похоронили своих павших товарищей.