Эволюционер из трущоб. Том 2 (СИ)

Нет, ну а на что он рассчитывал? Что я подчинюсь? А кто будет латать эту тушу, если получит ещё пару огнестрельных ранений?

Гаврилов замер, прислушался, выглянул из-за угла, а после распрямился во весь рост и шагнул во двор. Я последовал его примеру и увидел во дворе пятерых мужиков лет тридцати. На вид забулдыги. Небритые, волосы всклокоченные, на головах кепки, одеты — кто во что горазд. Один в кожаном жилете и шерстяной рубахе, другой в ватной фуфайке, на ногах у пятёрки гостей резиновые сапоги, перемазанные грязью.

— Гаврюха! Ты, что ли?! — выкрикнул самый мелкий из гостей.

Он сидел на пороге дома, ножом отрезал от яблока куски и отправлял в рот. А когда заметил капитана, выбросил яблоко, сплюнул на землю и поднялся во весь невысокий рост.

— Я, — неприветливо сказал Гаврилов, осматривая банду.

— Хренасе ты вымахал. А мы уж решили, что ты подох. Домой-то не приезжал уже давно. Сколько прошло? Три или пять лет?

— Семён, ты что тут забыл? — спросил Гаврилов, сжав кулаки.

— А ты чё, не рад меня видеть? — хмыкнул главарь. — Не, пацаны, вы слыхали? Чё я забыл? Обалдеть. — Семён покачал головой и подошел вплотную к капитану. Оказалось, что Гаврилов выше собеседника на полторы головы. — Значит так, Гаврюха, — шмыгнув носом, сказал коротышка и хлопнул ладонью капитана по груди. — Мамка твоя перед смертью задолжала мне деньжат. Надо бы вернуть.

— Каких деньжат? Ты что-то попутал, — прорычал Гаврилов, испепеляя взглядом коротышку.

— Да нет, братик. Это ты попутал. Мамка твоя денег заняла и померла, а процентики-то капают. Понимаешь? — Коротышка ухмыльнулся и посмотрел за спину капитана, где стоял я. — А эт чё, сын твой? Гаврик-младший стало быть? Хе-хе.

— Очень плиятно, дяденька, — улыбнулся я и двинул к придурку, протянув руку. На моей ладони уже проступил иней, как только этот дегенерат прикоснётся ко мне, я отморожу ему руку по самый локоть.

— Не смотри на парня. Ты со мной разговариваешь, — рыкнул Гав. — Что за проценты?

— Обыкновенные. Ты мне торчишь уже сто тысяч вечно деревянных. Не отдашь до конца недели, спалим хату, — меланхолично сказал коротышка и сплюнул капитану под ноги.

Всё это время я гадал, почему Гаврилов не перебьёт этих дегенератов, и наконец-то терпение капитана лопнуло. Удар колена согнул коротышку пополам. Выпучив глаза, он стал заваливаться на землю, но Гав резко отбросил его в сторону и рванул к четырём детинам, потянувшимся за ножами. Правда, достать их они не успели. Каждый получил по удару по рёбрам или в бороду, после чего повалились на землю.

Гаврилов вернулся к Семёну, поднял его за волосы и прошипел, глядя в глаза.

— Ещё раз я вас здесь увижу — забью насмерть. Это понятно?

— Зря ты так.