Зимний излом. Том 1. Из глубин

Конь весело топнул копытом, ему не терпелось пробежаться, а дома дожидается своей прогулки Моро, так что ложиться не придется, да и зачем? После трех чашек шадди заснет только покойник. Нет, спать мы не будем, мы будем думать. О словах Его Высокопреосвященства.

– Карваль, – глаза Никола были красней, чем у кролика, вот кому нужно отдохнуть, – поезжайте рядом, вы мне нужны.

– Да, Монсеньор. – Военный комендант Олларии в свободное время упрямо оставался капитаном-южанином, гоняющим от своего Монсеньора воробьев и мышей. – Мы едем в резиденцию?

– Куда ж еще. Когда приедем, вы отправитесь спать. Это приказ.

Карваль не ответил. В окне на втором этаже мелькнуло что-то светлое. Левий! Дожил до очередного рассвета и счастлив. Славный он человек, Адриан, похоже, был таким же. Двадцать восемь лет добивался мира, не успел. А Оноре не сумел.

Выбеленная инеем Ноха казалась новой и праздничной. В синем небе черкнула черная молния. Ворон. Охотится! Надо полагать, Левий от такого соседства в восторге. В небе ворон, в доме – кошка... Магнус Клемент бы рехнулся от злости, впрочем, он так и так рехнулся, а Его Крысейшество остался с Мэллит. Залогом будущей встречи, только когда она будет?

Южане по четверо в ряд миновали ворота, площадь перед аббатством была чистой и пустой, как во сне. Только свет, камни и небо.

– Никола, – плести интриги в такой день, гадость какая, – Его Высокопреосвященство плохо знает Олларию. Я бы попросил вас выделить ему сопровождающих.

– Его Высокопреосвященству грозит опасность?

– Он так не думает, – упрямцу можно верить, кому же верить, как не ему, – но он здесь чужой.

– «Мы», а не «вы», генерал Карваль. Мы! – Никола все понимает, и все равно сказать «кардинал мешает королю, и его могут убить» язык не поворачивался. Закатные твари, вот бы превратиться в Придда, ходить с каменной физиономией, о которую клирик и тот зубы обломает.

– Монсеньор! Вы предупредили Его Высокопреосвященство о... грабителях?

– Нет еще. Кто будет его охранять? Дювье?

– Дювье нужен Монсеньору.

– Левий нужнее меня, значит, Дювье нужнее Левию. Это не обсуждается.

– Я понял, – Карваль стал еще серьезней обычного. – Следует ли из этого, что Его Высокопреосвященство важнее Его Величества?

– Следует. – Все, слово сказано. – Никола, вы что-нибудь думаете о будущем суде?

– Ничего хорошего, – не задумался ни на минуту Карваль. – Его Высокопреосвященство вмешается?

– Монсеньор! – выскочивший из-за угла Посольской сержант-южанин осадил коня. – Монсеньор... Какое счастье!..

– Форестье? – узнал солдата Иноходец. – Что случилось?

– Дора... Там такое... Такое!

Дора?! Там-то что могло произойти? Для драк рановато.

– Соберитесь! – прикрикнул Эпинэ. – И доложите.