Зимний излом. Том 1. Из глубин

 – Капитан Джильди, капитан Рангони, я прошу вас оказать помощь остающимся в Хексберг.

– Разумеется, – кивнул Джузеппе, – все, что в наших силах.

– «Влюбленная акула» в вашем распоряжении, – каждый должен делать то, что может. От капитана Джильди больше проку, чем от кавалериста Луиджи, как бы ни хотелось рвануть к Олларии.

– Господа, – Вейзель походил на только что вынутого из петли, – надеюсь, вы понимаете, что неудача в Хексберг сбавит спеси и Ракану, и Бруно. Вольфганг, вы можете обрисовать остающимся общий план кампании?

– Армия покинет Гельбе и отойдет к Доннервальд, – Варзов ткнул пером в карту, – откуда скрытно свернет на Лоттенбург, где и встанет, пока арьергард, или, если угодно, авангард, будет двигаться к Аконе.

– Кто командует арьергардом, – деловито спросил Альмейда, – и сколько у него людей?

– Жермон Ариго, – рука маршала изобразила пару стрелок, – у него пять тысяч ноймаров и «фульгаты».

– Отборная легкая кавалерия, – пояснил поймавший взгляд Луиджи Таннер. – Но этого мало. При всем моем уважении к генералу Ариго, он с такими силами штурмовать столицу не сможет...

– А он ее штурмовать и не будет, – бросил маршал Запада. – Как только Бруно перейдет Хербсте в ее среднем течении, арьергард развернется и двинется в Дерринг, где получит новые указания.

– Вы не можете так поступить. – Курт Вейзель казался растерянным – чудовищное зрелище. – Не можете!

– Остаюсь. – Альмейда прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла, за его спиной сулила удачу неподвижная «Каммориста».

«Каммориста», «Императрикс», теньент Рубен Аррохадо... Смог бы Луиджи Джильди оставить Муцио в урготской тюрьме и заняться бордонами? Смог бы адмирал Муцио бросить Луиджи Джильди?

Фок Варзов склонился над картой, Вейзель и Таннер последовали его примеру. Вот и все. Никто никуда не пойдет, и решил это не регент, не Варзов, а Ворон. В ту самую ночь, когда заговорил о гранатовых рощах и зеленой алвасетской воде.

– Вольфганг, – нарушил тишину Вейзель. – Если бы у вас был сын, вы бы поступили иначе.

Громкое имя не возвеличивает, а лишь унижает того, кто не умеет носить его с честью.

399 года К.С. 5-й день Осенних Молний

Айрис вихрем пронеслась мимо дуэньи, ухватила подбитый выдрой плащ, шелковые туфли и ларец с зеркалом и грохнула на козетку рядом с ворохом платьев, которые разбирала Луиза. Помогла. Госпожа Арамона невозмутимо уложила в сундук нижнее атласное платье, которое неминуемо должно было повергнуть вдовствующую герцогиню Окделл в ужас, и повернулась к воспитаннице.

– Айрис, у нас не так много времени на сборы. Виконт Лар с эскортом прибудет в полдень, а вы еще не причесаны.

– Меня причешет Селина, – успокоила будущая Повелительница Молний, – она быстро.