Смех и грех Ивана‑царевича

 — Ох и любит моя сестричка заливать по полной…

Я посмотрел на Лидию, по ее лицу поползли розовые пятна. Она явно с трудом справлялась с охватившим ее гневом.

Впереди вспыхнул красный свет, и я затормозил у светофора.

— Не гони пургу! — заорала Майя. — Слышала я, как ты тут балаболила, почему Ксюху в Канаду сплавили. Боишься честно сказать: драгоценная дочь Лизки убила моего сыночка любимого, Иосифа! А он бы никогда меня не бросил, рублей бы сейчас дал… Эй! Погоди! Если мамаша померла, то кому ее квартира достанется? Вон оно что — сеструха моя себе жилплощадь захапать хочет, а потом сдавать ее и жировать… Не получится! Я наследница! Продам двушку, получу бабло. Прямо сейчас и займусь, аванс у покупателя возьму. Вот свезло‑то!

Лицо Лидии стало похоже по цвету на свеклу. И нервы у нее не выдержали:

— Все! Хватит! Ты мне больше не сестра! Вон из моей жизни.

Она распахнула дверцу, выскочила на мостовую и бросилась бежать в сторону торгового центра. Сзади загудели, я увидел зеленый сигнал, автоматически отпустил тормоз и нажал на газ.

— Слышал? — возмутилась Майя. — Меня ругала, обзывала хамкой, а сама орет как бешеная. Шеф, знаешь, где контора, которая квартиры продает, находится?

Я не успел ответить, потому что раздался звонок мобильного — Елизавета Матвеевна разыскивала дворецкого. Хозяйка пребывала во гневе:

— Иван Павлович, вы где находитесь? Куда подевались?

— За завтраком вы велели мне отвезти букет Надежде Васильевне, — смиренно ответил я. — С моей стороны было бы странно не послушаться. Я решил на некоторое время удалиться, а потом сделать вид, что вернулся из клиники, и объявить всем о кончине домработницы. Члены семьи уже подготовлены, известие их не шокирует. Вы до вечера заняты на экскурсиях, в доме полный порядок, мастер, который кладет плитку в санузле, мною полностью проинструктирован. Заодно куплю продукты — Надежда Васильевна не успела пополнить запасы, а Светлане Андреевне лучше заняться уборкой комнат.

— Хорошая идея, действуйте по намеченному плану, — потеплевшим голосом произнесла владелица усадьбы и отсоединилась.

— Эй, водила, вези, говорю, в агентство, где квадратными метрами торгуют, — заорала Майя.

Я припарковался и повернулся к наркоманке:

— Сегодня вам не удастся пустить с молотка квартиру покойной.

— Этта почему? — взвилась Майя.

— Наследники получают право распоряжаться имуществом умершего лишь спустя полгода после его смерти, — пояснил я. — Таков закон.

— Вот депутаты хреновы! — завозмущалась баба. — О народе не думают, о своем кармане пекутся, ворюги.