Иван Пырьев. Жизнь и фильмы народного режиссера

Вспомнил и то, что я знал по рассказам о знаменитой Ирбитской ярмарке и по роману Вячеслава Шишкова о Нижегородской… И, наконец, по гоголевской «Сорочинской ярмарке»…

Ярмарка – это прежде всего зрелище, и зрелище красочное, яркое, зазывающее. Помимо торговли, на ярмарке всегда были карусели, цирк, балаганы. При открытии ярмарки, как правило, поднимался флаг, играла музыка. Те, кто ехали на ярмарку из деревень и сел, одевали лучшую одежду, запрягали лучших коней, да не в простую сбрую, а в праздничную. Как правило, ярмарки устраивались к концу года, поздней осенью или ранней зимой. Когда на полях все убрано. Когда хлеб обмолочен и лежит в закромах, а лен, шерсть и пенька являются уже товаром. Когда у крестьян свободное время, а самое главное, когда у них в кармане есть деньги, заработанные за весну и лето…

Так постепенно, день ото дня, возникал у меня образ ярмарки. Думая о картине в цвете, я решил, что ярмарку надо делать осенью, и не где-нибудь, а на Кубани, богатейшей житнице нашей страны. Кубань хоть и похожа на Украину, но это – Россия. На Кубани было казачество. Там любят и выращивают хороших коней, а значит, любят конные состязания, скачки. На Кубани своеобразная речь, так называемый суржик – смесь украинского языка с русским, там поют хорошие песни (некоторые я слыхал), там красивые женщины и лихие парни…

Итак, решил я, все основное действие должно происходить на одной из кубанских ярмарок. То, что ярмарок на Кубани тогда не бывало, меня не смущало; не было, так будут. Искусство не только должно отображать то, что есть, но и звать к тому хорошему, новому, что должно быть.

На ярмарку, как на своеобразный праздник урожая, съедутся после окончания уборочных работ колхозники всего района. Они приедут «и себя показать, и добрых людей посмотреть». Так возникла мысль о соревнованиях художественной самодеятельности и о конных состязаниях.

Еще не было сюжета фильма, не было его героев, не ясны были их характеры и конфликты, но материал, атмосфера и даже жанр будущего фильма мне до предела были ясны. Нужен был только автор, хороший писатель-драматург, который обладал бы юмором, хорошо знал Кубань и ее людей. По счастливой случайности, такой драматург нашелся. Им был Николай Федорович Погодин.

Мне хочется привести небольшой отрывок из выступления Н. Ф. Погодина в феврале 1949 года на Художественном совете «Мосфильма» при обсуждении уже готового сценария «Веселая ярмарка»:

«…Как-то Иван Александрову мне говорит: «Может быть, напишем «Колхозную ярмарку»? И в двух словах рассказал, что это такое. Я сразу ответил: «Это здорово». И согласился… Должен сказать, что я встретился с режиссером, который знает, что он хочет.