Иван Опалин

Его не покидало ощущение, что фортуна, которая все это утро упорно показывала ему спину (и пятую точку), наконец-то начала разворачиваться в его сторону.

— Может, выпьем вместе, а? — предложил Казачинский с улыбкой, облокотившись на стойку. — Кофе, само собой.

— Ну, кофе, конечно, можно, — многозначительно протянула королева буфета, особым образом подчеркнув слово «кофе», и достала из-под стойки темную бутыль с криво приклеенной этикеткой «Квас». Кофе, очевидно, названный квасом в целях конспирации, полился в чашки. Юра и буфетчица весьма двусмысленно поглядели друг на друга, слегка чокнулись кофейными чашками и выпили. Буфетчица закусила кремовым пирожным, Юра взял себе бутерброд, на сей раз — с осетриной.

— А ты, значит, тут из-за Пыжовой, да? — спросила буфетчица.

Казачинский не стал протестовать против сокращения дистанции и фамильярного «ты». Женщина, которая тебя кормит и, между прочим, поит, имеет на такое обращение полное право.

— Из-за нее, — подтвердил, блестя глазами. — Кстати, меня Юрой зовут.

— А я Клава.

— Предлагаю выпить за знакомство… еще по чашечке кофе, — быстро закончил Казачинский. — Пока меня начальство живьем не съело…

— За что?

— Да послали меня выяснить насчет Пыжовой, что да как. С кем только я не говорил, и все без толку.

— Да, они тут такие, — заметила буфетчица, наливая сорокаградусный то ли «кофе», то ли «квас». — А что тебе про Пыжову надо знать?

— Ну… Прежде всего каким человеком она была.

— Она-то? — Буфетчица взяла свою чашечку и холодно усмехнулась. — Сука.

— Да? — неопределенно протянул Казачинский, гадая, что последует за этим сногсшибательным признанием."

"— Конечно. На собраниях речи толкала и про международное положение могла все, что хошь, объяснить, а сама у иностранцев вещи клянчила и потом их продавала. Духи, одежду, вот это все. Ну и дарили ей, конечно, много. За разные услуги.

— Какие именно услуги?

— Ну, уж не за то, как переводила. Говорили, спит она со всеми, к кому ее прикрепляли.

— Постой, — пробурчал Юра, что-то соображая. — Так она же группы сопровождала…

— Не-не, ее обычно прикрепляли к важным гостям. Для групп другие переводчики есть, попроще. Конечно, совсем важных туристов ей не доверяли — Ромена Роллана, к примеру. Но вот каких-нибудь коммунистов приезжих или журналистов — запросто.

Голова у Юры уже шла кругом.

— А про семью что-нибудь знаешь?

— Знаю, — с готовностью ответила Клава. — Мать у нее и два брата, все до сих пор в деревне живут.

— В деревне? — Юра изумился.

— Ага, Бисерово называется.

— Это рядом с Москвой?

— Ну, не совсем рядом, но добраться можно.

— Погоди, но если она из деревни, как же она английский выучила и вообще…

— А она очень хитрая была. Все впитывала. Мужик у нее был, решил ее образованием заняться.