Иван Опалин

Любое содействие я тебе окажу. Всю новую информацию по делу — докладывать мне, немедленно. Ясно?

— Так точно.

— Свободен.

Когда Опалин вернулся к себе, позвонил дежурный и сообщил, что Ивана Григорьевича уже четыре раза спрашивала по телефону какая-то студентка, прямо-таки горевшая желанием сообщить ему важные сведения.

— Позвонит в пятый раз, переключи на меня, — распорядился Опалин.

Звонок не заставил себя ждать.

— Старший оперуполномоченный Опалин слушает.

— Это Нина… Нина Морозова.

— Я вас узнал, Нина. Говорите.

— Я вспомнила, как зовут поклонника Лены. Его фамилия Радкевич.

— Через Д или через Т?

— Не знаю… Я только слышала, не видела, как пишется.

Записав фамилию, Иван подчеркнул третью букву и поставил вопросительный знак.

— Мне кажется, с ней случилось что-то плохое, — сказала Нина после паузы, имея в виду свою бывшую подругу.

— Я вам потом все расскажу, — пообещал Опалин.

— Правда? — Даже не видя лица Нины, он понял, как девушка обрадовалась. — Значит, мы еще увидимся?

— Конечно, — ответил ее собеседник. — До свидания, Нина.

Стукнула дверь — со встречи с осведомителем вернулся Петрович. У угрозыска была весьма солидная сеть агентов, но по понятным причинам их старались никогда не засвечивать.

— Здорово, Ваня, — бросил Петрович, снимая ушанку и тулуп, который носил то ли шесть, то ли семь месяцев в году, оправдываясь тем, что отчаянно мерзнет. — Короче, так. По моим сведениям, ребята из Марьиной Рощи отношения к убийству Елисеевой не имеют. Можно, конечно, потрясти их, с их прошлым повод всегда найдется. Но как бы непохоже, что кто-то из них приложил руку… то есть руки…

— Не шути, — попросил Опалин, нахмурившись.

— Даже и не думал. — Петрович прошел к своему столу и достал коробку папирос. — Курить будешь?

— Не хочу.

— И правильно: экономия. — Петрович закурил и с наслаждением выпустил дым.

— Мне нужно все узнать про этого гражданина. Судя по всему, любовник жертвы. — Опалин протянул собеседнику листок с фамилией Радкевича и теми немногими данными, которые удалось о нем наскрести.

— Интересных себе любовников выбирала барышня, — хмыкнул Петрович. — Уверен, это была любовь с первого взгляда. Совершенно бескорыстная. Зря улыбаешься! Мы же все отлично знаем: корыстно любят только дворников и работяг, которые ютятся в бараках…

Логинов был незаменим не только в заполнении бесчисленных бумажек, но и в добывании всякого рода сведений о самых разных людях, и Опалин с охотой поручал ему такую работу.

Набрав номер, Петрович вполголоса заговорил по телефону, а Опалин, обхватив себя руками, мрачно уставился на свой телефонный аппарат.

«Позвонить Николаю Леонтьевичу или не стоит? Он же просил все ему докладывать…»

Он все же набрал номер Твердовского.