Иван Опалин

Тут Опалин заметил, что они возвращаются в усадьбу, окликнул возницу и сказал, что ему надо увидеть доктора Виноградова.

– К дохтуру так к дохтуру, – пожал плечами Свешников. – Н-но…

Здание бывшей земской больницы являло собой плачевное зрелище. Часть окон зияла пустотой; некоторые были забиты досками. Стекло сохранилось только в нескольких рамах. Угол одноэтажного здания, судя по всему, после пожара рухнул; о крыше Опалин предпочел не задумываться.

– Под ноги смотри, – напутствовал его возница. – Крыльцо гнилое совсем. Да и внутри не лучше…

Дверь протестующе заскрежетала, когда Иван отворил ее, и закрылась с тем же отвратительным звуком. Внутри пахло йодоформом, и под потолком чирикал воробей, неведомо для чего сюда залетевший. В тесной приемной сидела старуха с обреченным выражением лица; возле нее лежал костыль. Опалин сунулся в кабинет, где хмурый бородатый шатен лет тридцати осматривал парня, явно страдающего рахитом.

– Я ищу доктора Виноградова, – сказал Опалин. – Это вы?

– Нет. – Шатен отложил стетоскоп. – Я Горбатов, фельдшер. Э… может, ты в другое время зайдешь? Не думаю, что доктор…

Опалин не любил, когда ему начинали с места в карьер тыкать, и насупился.

– Я агент уголовного розыска, – отчеканил он, – пришел по делу, и доктор мне нужен прямо сейчас. Где он?

Рахитичный смотрел на него во все глаза.

– Вряд ли он… – вяло начал фельдшер, потом махнул рукой и поднялся из-за стола. – Ладно, пошли.

Велев пациенту одеваться, он провел Опалина в заднюю комнатушку, в которой стояли шкафы с медицинскими книгами и лекарствами. На кушетке лежал человек, укрывшийся с головой чем-то, похожим на выцветшую занавеску, и Опалин видел только несколько русых прядок на макушке.

– Дмитрий Михайлович, – деликатно шепнул Горбатов. Из-под занавески донесся сдавленный вздох. – Дмитрий Михайлович, тут уголовный агент… очень настаивает…

Он встряхнул лежащего сильнее. Занавеска поползла вниз.

– Хватит, я проснулся, – пробормотал Виноградов. – Который час? Хотя… какое это имеет значение…

Он спустил ноги с кушетки и сел, путаясь в своем странном покрывале и поправляя задранный рукав. Фельдшер метнул на Опалина быстрый взгляд, но Иван не испытывал проблем со зрением и уже разглядел точки от уколов на руке доктора. Тем не менее он решил пока делать вид, что ничего не заметил.

– Вам что-нибудь нужно? – спросил Горбатов у Дмитрия Михайловича.

– Абсолютно ни-че-го, – ответил доктор, болезненно усмехнувшись и приглаживая всклокоченные волосы. – Ступай, – добавил он повелительно, словно говорил со слугой."

"Фельдшер вышел, не прекословя – хотя производил впечатление человека с характером, который не станет терпеть подобное обращение.