Наследник пепла. Книга IV

Позволил пламени охватить всё тело — словно надел непробиваемый панцирь. И сразу все ладони исчезли со спины. Прекратилось и ментальное воздействие, сверло будто выдернули из головы.

— Хорошая защита, хорошая, — резюмировал менталист. — Не наша, не клана Молчащих. Скорее всего, какая-то родовая техника. Только немного усовершенствованная. Лично я такую не знаю, но даже её можно попытаться взломать. Скажем так, если бы здесь был не один человек, а трое, тогда треугольник защиты можно было бы разрушить. Если четверо, то можно было бы взломать его с перпендикулярным воздействием. Тогда Виктору действительно стало бы плохо.

Он вздохнул и развёл руками.

— Но в одиночку сложно. Очень сложно. И могу сказать определённо: у парня прекрасно развита магическая защита. Она старательно компенсирует возможные слабости и адаптируется.

Креслав явно обрадовался таким словам, но взгляд его оставался напряжённым, почти непроницаемым. Такой же был у отца, смесь гордости и тревоги.

После проверки менталист объявил, что испытание окончено, других тестов не будет. Я поблагодарил его, кивнул деду и пошёл к себе."

"Но чуть позже, проходя мимо отцовского кабинета, случайно стал свидетелем скандала, эхо которого доносилась даже сквозь массивную дубовую дверь.

— Ты что ж это наделал, морда ты рыжая? — рычал дед. — Ты что же, поставил своим детям ментальную защиту, а жене — нет? Да как ты мог? Она тебя так любит, а ты зажал родовую технику!

— Я⁈ — возмутился отец. — Вы сами внукам чего-то наставили, а Гориславе зажали, видимо, потому что она мужа «не того» выбрала!

— Так, спокойно, — сказал я, заходя в кабинет. — А то сейчас ещё подерётесь, как пьяные за таверной. А на самом деле никто никому ничего не ставил.

На мне скрестились два прожигающих взгляда.

— Я нахожусь под кровной клятвой, поэтому многое не могу рассказать. Но скажу одно, эта защита — произведение искусства, созданное моим другом. Повторить такое вряд ли кто сможет, даже он сам. Поэтому, дорогие мои родные, давайте прекращайте ругань. Лучше подумайте, что амулет, который дед мне недавно предлагал, можно отдать матери. И всем станет спокойнее — и ей, и нам.

— Так, Виктор, — строго проговорил дед, бросив быстрый взгляд на отца, видимо, тому не пришлось по вкусу, что я их осадил. — Я надеюсь, твоя защита не дело рук австро-венгра? — добавил он с ноткой подозрения.

— Да что ж ты меня постоянно в измене подозреваешь? — развёл я руками. — Мой друг — русский, из родовичей. И вообще, я чего пришёл-то? Там, кажется, подали к столу. Идите, а то все слюной уже истекли, а вас всё нет и нет.

Креслав кивнул, бросил последний взгляд на отца и вышел.

Я развернулся и пошёл за ним, но выйти не успел — отец внезапно окликнул меня:

— Вить, подожди. Один вопрос есть.

Я закрыл дверь и обернулся.