Точка Бифуркации IV

Причём в этих звуках можно было вполне отчётливо различить истеричные вопли одной неприятно знакомой нам всем особы.

Не обращая на всё это внимания, я поднял клинок и не слабо зарядил им плашмя по лицу благородного, совершенно не считаясь с его статусом, титулом и родословной.

— Сука, я спрашиваю, вы че здесь забыли?

— Сломай мне ногу! — совершенно неожиданно в ответ прорычал парень, сплёвывая кровь.

В эту секунду в палатке вновь возникла тишина, а все присутствующие стали удивлённо переглядываться между собой.

— Ты е***ат?

— Ломай, сука, быстрее! Или клянусь, я жизнь положу, чтобы тебя найти и выпотрошить! — зарычал в ответ избитый благородный.

— Кажется по голове перестарался… — негромко бросил я, а затем, после небольшой паузы, с лёгкой усмешкой добавил. — Будто в противном случае, ты нам всё простишь. Меня твои угрозы не трогают, урод.

— Клянусь, если сломаешь ногу, от всей нашей команды никому из вас никаких претензий не будет! Слово!

Увидев, что мы в очередной раз, мягко сказать, зависли, и с ещё большим удивлением переглядываемся друг с другом, княжич негромко, но очень злобно прорычал:"

"— Сука! Ломай кому говорю, твою мать! Или я за себя не ручаюсь!

— Ну… хорошо…

От души замахнувшись клинком, я со всей силы зарядил ненормальному аристократу по ноге в область голени, однозначно ломая кость парню. В следующую секунду, громкий вопль вперемешку с непечатными матерками раздался по всей палатке.

Именно в этот момент, ни раньше ни позже, в шатёр с бешенным криком ворвалась Лизавета, телекинезом оборвав палаточную дверь.

— Вы, дебилы! Что здесь происходит…? — конец фразы был скомкан в виду немалого удивления аристократки от увиденного.

Стою я, с мечом в руках и весь в крови, подо мной поверженный княжич Салтыков, корчащийся от боли и баюкающий свою ногу, а вокруг его команда, выглядевшая только совсем чуточку лучше и при этом также окруженная моими ребятами с оружием в руках.

— Пустите! — параллельно всему этому воскликнула девчонка из команды Салтыковых.

Учитывая ситуацию и шокированное просьбой этого мазохиста состояние, в котором мы все находились, никто даже и не подумал ей препятствовать.

Подскочив к княжичу, как оказалось, это была лекарь, девушка положила ему руку на лоб и прикрыла глаза, отчего тот почти моментально утих.

В эту секунду я вновь обратил своё внимание на молча застывшую по середине помещения Черкасову и следом, на вваливающихся в нашу палатку её подруг.

Елизавета почему-то была вся мокрая, фактически с головы до ног, и в своей пижаме сейчас походила на ту девушку с длинными волосами из телевизора… И лицо такое же злое, несмотря на то, что княжна явно опешила от увиденного.