Юные жены

– Вы не хуже меня знаете, что очень многие, почти все, именно так и делают, поэтому не надо топорщить перышки, словно наша любимая курочка-наседка, когда ее цыпляток клюют птички понаряднее. Вы же помните, маменька, что гадкий утенок превратился в прекрасного лебедя! – И Эми улыбнулась без всякой горечи, ведь у нее был счастливый характер, известная сила духа и сердце, полное надежд.

Миссис Марч рассмеялась и пригладила встопорщившуюся материнскую гордость, спросив:

– Так что у тебя за планы, мой прекрасный лебедь?

– Мне хотелось бы пригласить девочек на ланч на следующей неделе, взять их проехаться в коляске по тем местам, которые они желают увидеть, и устроить небольшой художнический праздник на открытом воздухе.

– Это представляется мне вполне выполнимым. Что бы ты хотела для ланча? Торт, сэндвичи, фрукты и кофе – это, пожалуй, все, что будет необходимо?

– О нет, нет! У нас должны быть холодный язык и холодный цыпленок, французский шоколад и, кроме того, мороженое. Девочки к этому привыкли, и я хочу, чтобы мой ланч был элегантным и таким, как полагается, хоть я и зарабатываю себе на жизнь самостоятельно.

– И сколько же таких юных леди в твоем классе? – спросила миссис Марч. Вид у нее при этом сделался довольно озабоченным.

– В нашем классе их двенадцать, а то и четырнадцать, но, полагаю, они явятся не все.

– Святые Небеса! Да тебе понадобится нанять целый омнибус, чтобы их на прогулку вывезти!

– Ну что вы, мама! Как вам в голову могло прийти такое? Их, скорее всего, будет шесть или восемь, так что я найму открытую коляску и одолжу у мистера Лоренса шар-банан (так Ханна называла шарабан)*.

– Все это дорого обойдется, Эми.

– Не очень. Я уже все подсчитала. И я сама за все заплачу.

– А ты не думаешь, моя милая, что, раз уж эти девочки привыкли к таким вещам, а самое лучшее из того, что мы сможем им предложить, не составит для них ничего нового, более простой план оказался бы им приятнее, да и нам был бы удобнее, чем покупать и одалживать то, что нам самим вовсе не нужно, и пытаться поддерживать стиль, вовсе не соответствующий нашим обстоятельствам?

– Если мне нельзя будет устроить все это так, как мне нравится, я вообще не хочу ничего устраивать. Я знаю, что смогу выполнить все намеченное самым лучшим образом, если вы вместе с моими сестричками согласитесь мне немного помочь, и я не понимаю, почему это нельзя, если я готова заплатить за все сама? – отвечала Эми с решимостью, которую противление неминуемо превратило бы в неуемное упрямство.

Миссис Марч знала, что опыт – прекрасный учитель, и, когда это было возможно, оставляла дочерей самостоятельно получать уроки, которые сама была бы рада им облегчить, если бы девочки не отказывались получать советы столь же часто, как соли и сенну.

– Очень хорошо, Эми.