Юнкер

— Я хочу, чтобы Миша уехал. Из Петербурга… из страны — как можно дальше, — твердо проговорил я. — Его не станут искать — никому не нужен Горчаков, лишенный наследства. Я назначу ему содержание, и он ни в чем не будет нуждаться.

— Ссылка? — Дед приподнял брови. — Возможно… и как долго?

— Пока он мне не понадобится, — ответил я. — Или навсегда. Я не стану его казнить. Мертвых не вернуть… а живые иногда еще могут исправить хоть что-то.

Дед не ответил. Только молча смотрел на меня. Я осторожно попытался «прощупать» его, но так и не смог. Но в его глазах не было ни злобы, ни разочарования — скорее что-то похожее на… любопытство?

— Ты слышал, что сказал твой брат. — Дед повернулся к Мише. — Ступай в свою комнату и собирай вещи. Даю тебе час.

Все время, пока мы разговаривали, Миша сидел неподвижно, и на его лице не отражалось никаких эмоций. Не появилось и теперь: он молча поднялся и направился к лестнице. Медленно, неуклюже, чуть подволакивая ноги и шаркая подошвами ботинок по паркету.

Приоритет еще работал.

— Это верное решение, — произнес дед, когда Мишины шаги стихли на лестнице. — Не безупречное, сомнительное… но верное.

— Нужно будет приглядывать за ним, — отозвался я. — Может быть, кто-нибудь из слуг или…

— Разумеется. — Дед махнул рукой. — Разумеется. Даже без силы Источника и привилегий рода он может быть опасен — но ты все равно сделал правильный выбор. Я больше никогда не назову Мишу внуком, и тебе он больше не брат — но он Горчаков. В его жилах течет наша кровь, и этого не изменить никому.

— Ты хочешь сохранить род… хоть так? — догадался я. — Если вдруг что-то слу…

— Нас и так уже слишком мало, Саша. — Дед опустил плечи, будто сжимаясь в кресле. — А скоро станет еще меньше. Надеюсь, я хотя бы успею защитить тебя до того, как…

— Хватит! — буркнул я. — Вот только таких разговоров мне сейчас не хватало.

— Верно… верно. — Дед выпрямился и попытался выдавить из себя что-то, похожее, на улыбку. — Сейчас есть вещи и поважнее. Ты уже думал, что мы будем делать дальше?

О да. План у меня уже имелся. Сырой, опасный до глупости, пока еще размытый и буквально состоящий из одной сплошной дырки — но имелся. Двух с половиной часов дороги до Елизаветино под злобное Мишино мычанье с заднего сиденья оказалось вполне достаточно, чтобы пораскинуть мозгами — и сообразить, что время действовать настало. Готов я или нет — лучшей возможности прижать врагов может уже не быть.

— Думал, — усмехнулся я. — Еще как думал.

Выдохнув, я взялся за ручку и открыл дверцу «Чайки». В любом другом случае я бы сел за руль сам, но сейчас ситуация непременно требовала…

Солидности? Нет, не совсем. Скорее достоверности, внушительности — и даже некоторого «бряцания оружием».