Юнкер

И какой черт притащил его именно сюда? Неужели из всех мест в центре города, где можно продолжить банкет, нельзя было выбрать другое?

— Горчаков! Доброй ночи, любезнейший, доброй ночи…

Куракин сразу же заметил меня. А может, где-то успел то ли заметить, то ли услышать, что мы всей компанией направляемся сюда. И тут же двинулся следом — не иначе, чтобы в очередной раз напрашиваться на неприятности. В каком-то смысле история повторялась: он привел свою компанию, а я был со своей. Не столь многочисленной — зато преданной и отважной.

Только на этот раз стены училища и воля ротных командиров, беспощадно каравшая нарушителей внутреннего устава, оказались далеко.

— Сиди тихо, — процедил сквозь зубы Иван. — Не нарываемся, господа офицеры…

— Милостивый государь не изволит поздороваться?

Куракин навис над нами, опираясь обеими руками на спинку моего стула. Первой мыслью было без лишних разговоров пробить ему в челюсть, но я сдержался: все-таки за драку в увольнительной наверняка достанется всем. И если меня хоть как-то прикроет фамилия и происхождение, Иван, Богдан и остальные могут и вовсе вылететь из училища.

— Доброй ночи, князь, — сухо проговорил я.

— Ну, спасибо, хоть признал. — Куракин легонько хлопнул меня по спине. — Это твое ведро с болтами на улице?

Показушная любезность облетела с его сиятельства, как пожухлая листва с дерева.

— Сам ты ведро с болтами. — Богдан развернулся на месте. — Отличная тачка!

— Ну да, слышал, конечно же. Отечественный двигатель, сделано в Петербурге, — усмехнулся Куракин. — Еще и девка-конструктор. Ты бы хоть врал поубедительнее, Горчаков.

— Осторожнее, князь. А то могу рассердиться.

Я поднялся со стула. Неторопливо, вальяжно — чтобы никому не взбрело в голову, что я собираюсь броситься в драку. Но Куракинская шайка тут же подобралась. Несколько человек отступили на пару шагов, а остальные подняли руки, готовясь в случае чего прикрыться Щитами.

Похоже, я уже успел заработать авторитет опаснейшего мордобойца. Да и мои магические способности вряд ли оставались секретом хоть для кого-то в училище.

Но Куракина не испугало ни то, ни другое.

— Ну рассердишься, — отозвался он. — И что? Потребуешь сатисфакции?

— Нет. — Я пожал плечами. — Просто выкину отсюда. Сначала тебя, а потом всех твоих хмырей.

— У-у-у-у… — протянул за моей спиной Богдан. — Сурово, княже.

Я понемногу тоже начинал заводиться. Голос рассудка убеждал, что Куракин не стоит и трети неприятностей, которые я непременно доставлю всем своим товарищам. Но теперь к нему примешивалось настойчивое желание поставить зарвавшегося князька на место.

Раз уж пока не могу добраться до его легендарного родственника.

— Твое корыто хоть едет? — Куракин склонил голову набок.