Дикая фиалка Юга (СИ)

А вот миссис Глория ела плоховато, все время, отвлекаясь на что- то. И не похоже было, что это из- за того, что наши блюда ей не нравились. Скорее, это от того, что ей не терпелось задать мне кучу вопросов. Но в начале обеда не принято разговаривать о чем- то серьезном. Говорят о погоде, светских сплетнях, о природе, птичках- цветочках. Этикет.

Говард вообще, по- моему, не замечал, что он ест, настолько был погружен в свои мысли. И мысли те явно были не радостные, больно уж лицо было скорбным. Вот Аделина полностью соответствовала образу гипотетической примерной девицы. Она полоскала ложку в тарелке с супом, подносила несколько раз ее ко рту, пренебрежительно фыркала и вновь принималась размешивать суп. В отварной, щедро политый растопленным сливочным маслом, ямс, она так же небрежно потыкала вилкой, к колбаскам даже не притронулась. Хотя, зуб даю, она была голодна. Но для чего весь этот цирк - не пойму.

Наконец, к десерту, миссис Глория Мейфорд решила, что она вытерпела достаточно приличный срок и приступила к расспросам. Поначалу ее любопытство было практически идентично миссис Розалии. И я, уже имеющая опыт ответов на эти вопросы, бойко ей отвечала. Но, к моему удивлению, Глория выкинула неожиданный козырь.

- А разве ты не можешь воспользоваться счётом своего отца, Вайолетт? Мы все знаем, что ваша семья была достаточно состоятельна и ты, как наследница, можешь пользоваться ими.

Я неопределенно пожала плечами, не желая обсуждать этот скользкий вопрос, но настырная баба не унималась.

- Или все дело в этом законе о возрасте? Ну, что тебе должно быть не меньше двадцати одного года? Но ты ведь можешь выйти замуж! И жить спокойно, оставив все хозяйственные дела мужу. Зачем забивать себе голову лишними проблемами. Вот пусть он и ломает голову, как управиться с плантациями. А ты живи в свое удовольствие!

Я внутренне похолодела - вот он, главный вопрос, ради чего слетелись сюда эти стервятники! Хотя, нет, не все. Я оглядела присутствующих. Эдвансы были спокойны. В глазах миссис Розалии светилось любопытство. Но не более, никакой алчности я не заметила. Хантер неторопливо потягивал чай, откусывая ириску крошечными кусочками, и тоже не выказывал никакого интереса к означенной теме. Я перевела взгляд на Говарда. Вот он напрягся. Даже вынырнул из своего глубокого погружения в свои мысли.