Перстень Иуды

– Господин учитель, тут давеча девица Барыкина пропала. Не видали ее вчера? – он снял фуражку и промокнул лоб несвежим платком.

– Что? Барыкина? – Рутке задумался. – Знакомая фамилия! Не наша ли гимназистка?

Сизенко кивнул.

– Точно, ваша!

– Да нет… Я вообще преподаю в младших классах. Так, может, надо подруг поспрашивать?

Рутке обратил внимание, что у полицейского широкие запястья и тяжелые кулаки. А если бы этот Сизенко с помощником учинили ему допрос с пристрастием,если бы его пот и кровь брызгали в разные стороны, выдержал бы он такое испытание? Или признался во всем?

«Впрочем, со мной ничего такого случиться не может!» – отогнал он глупые мысли.

– Да уж поспрашивали, – урядник мрачно кивнул, надел на потную голову фуражку и направился к соседнему двору.

– Ой, беда! – запричитала Матрена. – А я смотрю, у двора Барыкиных люд стоит. Это ж надо. Как же отпустили без присмотра, народ нынче лихой пошел…

– Хватит, хватит! – оборвал ее Георгий Карлович. – Ступай на кухню.

Рутке подошел к забору, выглянул: действительно, у дома Барыкиных стояла толпа. Он вернулся в дом, взял маленький кожаный портфельчик, вышел на улицу и, вроде невзначай, подошел к любопытным.

– А что стряслось-то?

Какой-то старик стал плести запутанную историю о цыганах, которые еще недавно стояли табором на окраине и среди которых, как всем известно, много лихих людей.

– Да что случилось-то, сказать толком можете? – он изобразил волнение. Вышло довольно натурально. Да он и действительно волновался.

– Здравствуйте, Георгий Карлович, – вмешалась в разговор молодая, аккуратная женщина, очевидно, знавшая учителя. – Дочка ихняя пропала, Леночка! Вчерась из церкви возвращалась сама, да до дому-то и не дошла.

– Так искать надо! – взволнованно сказал учитель чистописания.

– И вчера искали, и нынче. Ан, нет нигде!

– Ох, беда, беда, – вздохнул Георгий Карлович, поднося ледяную ладонь к горячей щеке, и только теперь заметил, что на пальце красуется перстень Иуды. Испугавшись, он быстро спрятал руку в карман. Почему-то показалось, что это улика, по которой любой сможет определить его вину… По дороге в гимназию он снял перстень и спрятал в жилетный кармашек.

В преподавательской учителя оживленно обсуждали происшествие и сразу же рассказали Рутке, что девочка была хорошей, но хотя из молодых, да ранняя:книжки читала, какие ей до поры и в руки-то брать нельзя было!

– Сбежала она, с мужчиной сбежала, попомните мое слово! – заключил географ Михаил Семенович Пухов. – У них же в голове сейчас черт-те что творится.