Иуды и простаки

Или: «мы просто русские врачи»… «он просто видел полную абсурдность»… «он просто такой же офицер»… «они просто сияли»… «ну просто мелькают»… «он же просто ребенок»… «просто противно стало»… Не так противно, как надоедливо.

Или: «Нина была потрясена»… «потрясенная Майка»… «Борис был потрясен и ошеломлен»… Мандельштам «просто ошеломлен»… «Савва смотрел с ошеломленным видом»… «ошеломляюще чужие»… «ошеломленный Никита»… «ошеломляющее волнение»… «ошеломляющие салюты»… «ошеломляющая жизнь»… «ошеломленное собрание»… «ошеломляющие финалы»… «ошеломляющий парадокс»… «ошеломляющий страх»… «ошеломляющий момент»… «ошеломленные игроки»… «ошеломленная красотка»… «ошеломляющие субъекты»… «ошеломляющая нежность»… даже «еда шла по потрясенному пищеводу к ошеломленному желудку» и т. д. Правда, иногда встречается вариант: «Градовы чувствовали себя ошарашенными»… «Зал был ошарашен» и т. д. Описать волнение, удивление, смятение весьма непросто, и вместо этого писатель направо и налево ловко навешивает ярлыки: «потрясенный»… «ошеломленный»… «ошарашенный».

О полной глухоте свидетельствуют и такие оборотцы: «чужие чужаки»… «снаружи не обнаруживается»… «это было сказано тем же тоном»… Каким жетоном?.. «Борис продолжал в том же духе»… Что за жидуха?.. «ведь они же поэты»… Кто? Сам ты жопоед? И так далее.

И после этого он хнычет: «Мы понимаем, что сами себя ставим под удар критика из враждебной литературной группы». Конечно, сам ставит, никто его не заставлял. Но, во-первых, а разве мог бы не поставить? Увы… Во-вторых, неужели в вашей-то «литгруппе» такие критики, что не смеют даже объяснить писателю, на чем зиждется бранмауэр и что не хорошо в своих книгах давать пристанище жопоедам?

Портрет персонажа дать тоже дело очень непростое, Аксенов не умеет и это, он и здесь навешивает бирки. Гораздо проще! Например: Никита Градов – «идеал мужской красоты», Вуйнович внешне – вылитый Вершинин из «Трех сестер» Чехова», Нина – «цветущая красавица», Мэри – «принцесса Греза», видите ли, Вероника – тоже «принцесса Греза», но еще и «первая красавица Москвы» и т. д. Как хочешь, так их и воображай. У нас свобода и здесь!

И при таких-то натянутых отношениях с родным языком этот коллежский регистратор еще заикается о «неидеальной власти над русским языком» Сталина. Он грузин по рождению, в русской среде оказался уже не мальчиком, но ты, русак гваделупский, найди в его 17-ти томах хотя бы одного жопоеда!

* * *Как видим уже, товарищ Аксенов предстал перед нами в своей «Саге», увы, в образе весьма скорбном. Он много видел, много слышал, но все – вполглаза, вполуха. А тут еще и природная тупость… Спокойно, товарищ Барщевский, спокойно. Никто не заставлял вас из 3-томной эпопеи выдувать 23-тонную опупею.