Исцеление любовью

Но кто всегда был рядом с ним? Кто выхаживал его после каждой попойки, зашивал раны, облачал его в безукоризненные фраки, тесные, как материнские объятия? Кто провел с ним последние семь месяцев, пока он, Рэнсом, с трудом отползал от самого края могилы?

Все это время рядом был Дункан.

– И только теперь… – хрипло выговорил Рэнсом. – Все это вы говорите мне только теперь.

– Раньше я думал, что вы не готовы выслушать меня. И я был прав.

– Но… зачем? Никакая пенсия в мире не стоит тридцати лет прислуживания мне. Вдобавок я не давал никаких оснований для преданности.

– Разумеется, не давали. Тридцать лет я держал свое слово потому, что оно придавало смысл моей работе. Иначе я не смог бы уважать себя. Конечно, это ничтожное, незначительное уважение, но все-таки уважение. Но, видимо, с вашей точки зрения, я зря прожил свою жизнь. Опять из-за каких-то дурацких клятв, а все они – чушь собачья… Но теперь, когда вы избавили меня от необходимости держать слово… – Камердинер тяжело вздохнул. – Я, наверное, поселюсь где-нибудь в Ирландии, в маленьком коттедже у моря. С нетерпением жду этого момента.

Рэнсом протянул руку, пытаясь нащупать поблизости полотенце или свою одежду.

– Не знаю, ваша светлость. Это уже не моя забота. Но если позволите, на прощание я все же дам вам совет… Вы не в том положении, чтобы привередничать. Если вам предлагают любовь или дружбу, принимайте. Даже если предложивший наряжен в доспехи из чайных подносов. И не выбирайте одежду в полоску. Она вам не идет.

И Рэнсом остался один – слепой, голый, мокрый и дрожащий. Совсем один, как в день своего появления на свет.

Ему не оставалось ничего другого, кроме как начать заново.

И попытаться вернуть все, что он имел.

При свете единственной свечи Иззи мерила шагами свою спальню.

Она снова взглянула на часы. Половина третьего ночи. В прошлый раз она смотрела на часы всего девять минут назад.

Куда же мог уйти Рэнсом? Совсем один, среди ночи? По ее настоянию Дункан отправился искать его. Оба должны были вернуться еще несколько часов назад. Теперь Иззи тревожилась за обоих.

Она то злилась на него за побег, то боялась, что с ним случилось что-то ужасное. Рэнсом – взрослый мужчина, твердила она себе. Магнус не бросит его в беде. Но, с другой стороны, собака не способна предотвратить несчастный случай. А если он заблудился? Если свалился в реку?

Или он сбежал в Шотландию с кем-нибудь из фрейлин? Иззи не винила его, помня, сколько резкостей наговорила.

Господи! Эта неизвестность убивала ее. Наверное, стоило бы отправиться на поиски самой. Надо только взять лампу и разбудить Белоснежку, мирно спящую на ложе из стружек.

Решено. Иззи потянулась за своим плащом и ботинками. Нельзя просто сидеть сложа руки и ждать неизвестно чего.