Истребители. Трилогия

Наш путь тормозило еще то, что остров был скалистым, и часто приходилось обходить внезапно встающие перед нами скалы. Наконец буквально за пару часов до наступления темноты мы вышли на побережье.

– Тут минут двадцать и мы на месте, – радостно воскликнула мисс Эрхарт, определившись на местности.

Шли мы поближе к деревьям по мягкому сыпучему песку. Это конечно затрудняло дорогу, не то, что шагать по влажному песку на кромке прибоя. Но тут мы могли мгновенно скрыться в лесу, а на берегу уйти шансов крайне мало.

Когда мы подошли к небольшой заводи, Мисс Эрхарт уверено ткнула пальцев в набросанную кучу листвы, скрывающую лодку.

– Мисс Эрхарт, а когда вы в последний раз пользовались ей? – с подозрением спросил я, расшвыряв листву в сторону.

– С той минуты как приплыли и спрятали, больше не пользовались.

– Понятно, – вздохнул я, и скомандовал Грише: – Поднимаем.

Он ухватился за нос я за корму, или наоборот, они были одинаковые, и одним движением мы подняли лодку.

– Ой, – воскликнула Эрхарт.

Ойкать было от чего, дно лодки осталось на земле.

– Амба, – буркнул я. Мы присели на землю и задумались.

– Что делать будем? – прервав долгое молчание, спросил Гриша.

– У японцев попросил лодку, – задумчиво протянул я.

– Шутишь?

– Шучу, – согласно кивнул: – Вплавь придётся плыть, благо жилеты с собой.

– Про течение забыл? А если в открытый океан унесет?

– Течение в стороне станется… Нет все равно до светового дня не успеем. Это нам через весь остров возвращаться придётся. Черт! Будем надеяться, что когда эсминец подойдёт к нашему острову Никифоров не растеряется.

– А нам что делать?

– Возвращаемся к заливу, где стоят корабли противника. Наши все равно мимо не пройдут, тем более знают о них. Я сообщил. Увидим эсминец подадим знак, привлечем к себе внимание. Другого выхода не вижу.

– Извините мальчики, я отойду, – сказала с интересом слушавшая нас Эрхарт и отошла за деревья. Говорили мы по-английски, чтобы не переводить.

Понизив голос до шепота, я сказал по-русски:

– Ты за ней присмотри, а то странная какая-то. Лодку непонятно зачем порезала, движения дерганные. Похоже, она того, – я покрутил пальцем у виска: – С катушек от одиночества съезжает.

Последней фразы Гриша не понял, но по смыслу догадался, поэтому уверенно кивнул и с подозрением посмотрел на деревья, где скрылась бывший пилот.

После возвращения Амелии мы поужинали сушеной рыбой, женщина угостила нас съедобными вареными корнями, что у нее были в самодельном рюкзачке. Не картошка, но вполне на уровне.

Когда уже фактически стемнело, мы двинулись в обратный путь. Теперь уже не таясь, ночь была безлунная, и темень хоть глаза выколи, так что за пару часов мы достигли поворота, за которым скрывался залив.