Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Шесть пар было в непосредственном прикрытии, остальные шли неподалеку, уходя то в сторону, то вверх. На высоте десяти километров я разглядел еще две пары. При подлете к фронту нас встретили еще шесть десятков истребителей. В некоторых из них по красным кокам я узнал своих. Это был мой полк. Подергав за рукав сидевшего рядом Толика, указал на них и объяснил свою радость. Толик в ответ улыбнулся и показал большой палец.

Когда мы пересекли передовую, я, облегченно выдохнув, пробормотал:

– Неужели все?

Почти в это же время самолет внезапно стал крениться на правый бок.

– Сглазил? – ткнув меня в плечо, прокричал Толик. Еще меня как-то услышать умудрился. Звукоизоляцией салон этого самолета снабжен не был.

Пожав плечами в ответ, я посмотрел в иллюминатор.

– Курс сменили, летим по другому маршруту, – ответил я, покачав головой.

Вокруг продолжали суетиться фронтовые истребители, а вот «таиры» пропали, видимо, ушли на аэродромы. Судя по количеству, нас сопровождало два полка, никак не меньше.

– Куда летим? – спросил Толик.

– Не знаю, но второй летит за нами. Видел его, когда уходили с курса, он повторял за нами маневры.

Летели мы долго, по моим прикидкам, горючее должно уже было подходить к концу, сколько уже налетали. Через пятнадцать минут мы действительно стали спускаться. Сопровождали нас на этот раз всего восемь Ла-5 из моего полка, красные коки были отчетливо видны. Когда ушло прошлое прикрытие, я как-то упустил из виду.

При развороте, когда транспортники сбрасывали скорость, нарезая круги над аэродромом при заходе на посадку, я успел изучить место, куда мы будем садиться.

– Запасной аэродром. Вижу бензовозы и охрану на пяти машинах. На дозаправку садимся, – прокричал я Толику. Те бойцы, что сидели рядом и слышали меня, передавали остальным.

– Знаешь, куда мы летим? – спросил Толик.

– Да, я тут уже бывал. Дальше московский аэродром. Уверен! – прикинул я направление по карте.

– Ясно!

Посадка прошла в штатном режиме, хотя капитан Лютик жаловался на шасси – одно из них дало течь из гидросистемы.

Зарулив к бензозаправщикам, пилот заглушил двигатели и направился к открытой бортмехаником двери, но выйти не смог. Поговорив с кем-то – я еще не отошел от перелета, и в ушах гудело, поэтому не слышал, о чем общался капитан, – он вернулся на место. Через открытую дверь виднелись бойцы госбезопасности с автоматами наизготовку.

– Мы под арестом? – поинтересовался у меня один из бойцов.

– Вряд ли, скорее всего, все из-за секретности. Пойду узнаю, что им за приказ отдали.

Когда я приблизился к закрытой техником двери и открыл ее, на меня посмотрел стоявший рядом командир, лейтенант, если судить по погонам. Узнал меня сразу, поэтому вежливым, но непреклонным тоном попросил вернуться в салон.