Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Ноги запутались в простыне, поэтому, не вскакивая, я повернулся на бок и, одним слитным движением выбив подведший патрон, снова приставил ствол к груди зашевелившегося и закашлявшегося немца и спустил курок. На этот раз патрон попался нормальный: раздался сухой, слегка приглушенный выстрел. Сомневаюсь, что на фоне начавшейся снаружи пальбы его кто-то слышал.

Дернувшись, немец замер и тихо застонал. Стянув облепившую меня простыню, я вскочил на ноги и снова выстрелил, и в этот раз патрон сработал как надо. Пальба на улице не стихала, поэтому я заторопился. Оттолкнул убитого в сторону и под грохот упавшего карабина – немец, оказывается, сидя на ступеньках, занимался чисткой оружия – рванул внутрь хаты.

Сразу за дверью, справа от входа, рядом с печью, висел рукомойник с помойным ведром под ним, слева – о счастье! – оружейная. Натуральная армейская пирамида. С карабинами и одним автоматом. Под оружием в нишах виднелись цинки с патронами.

Схватив автомат и сунув за пояс запасной магазин, я подскочил к окну у обеденного стола, благо смотрело оно в нужную сторону.

Ситуация снаружи изменилась. Дверь в туалет, пестрящая свежими пробоинами, была открыта, и виднелась окровавленная рука. За туалетом залег коптильщик и, держа на прицеле командирского «люгера» сарай, внимательно смотрел, изредка крутя головой.

Тщательно прицелившись, я короткой очередью срезал его – уж больно удобно он лежал. Из рамы посыпались осколки стекла, немец дернулся и, непроизвольно произведя выстрел, замер.

– Степка, как ты? – тревожно крикнул я, не высовываясь наружу."

"– Нормально, чуть не подстрелили. Оказывается, эти стены пули на раз пробивают, одна из них в миллиметре от головы просвистела.

– Ясно, проверяем и сваливаем. В оружейке двух карабинов не хватает. Рыбаки вооруженные, услышав выстрелы, могут вернутся и подстрелить. Работаем в темпе вальса!

– Лады!

Пробежавшись, мы проверили всех четверых немцев, трое были убиты, тот, что в туалете, – тяжело ранен. Добив его, стали быстро собираться.

– На! – Степка сунул мне в рот полукольцо копченой колбасы. Сам он уже что-то жевал.

Откусив большой кусок, кивком головы поблагодарил его, продолжая укладывать цинки в стопку. Попавшийся ящик с гранатами пошел вниз, как поддон.

Поесть просто не было времени, нужно отчаливать как можно быстрее. Оружие мы уже перенесли на катер, сейчас занимались сбором трофеев. После стрельбы первым делом я накинул сбрую и повесил на плечо карабин. Автомат с пистолетом отжал Степка, они ему приглянулись, я не возражал – к карабину больше привык, чем к этой трещотке.

Сложив цинки на носу, рядом с пулеметом, я поправил мешок с сушеной рыбой и, вернувшись на берег, стал помогать сталкивать в воду самую большую лодку.