Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

С трудом смог добиться у них разрешения поучаствовать в бою, да и то только после его начала. А кому быть приманкой, разыгрывали монеткой. Взрослые мужики, боевые летчики, а ведут себя, как…

– Плохо Бродяга. Нет их больше, – грустно ответил наблюдатель.

– Выжил кто-нибудь?

– Доклад от медиков еще не поступал, но все звено было сбито на второй минуте боя. Дольше всех продержался Дуб.

«Дуб» был позывным Кожедуба.

– Принял. Доложить обстановку! – скрипнув зубами, приказал я.

Слушая доклад, задумчиво покусывал верхнюю губу, мысленно составляя рисунок боя, происходившего там, в крымских горах.

Немцы поступили хитро, о наблюдателе они знали прекрасно – «таиры» посменно уже третьи сутки висели над передним краем, в основном работая авианаводчиками (мы временно переподчинили их артиллеристам стоявшей тут армии). Получилось вроде как прикрытие, хотя их основная задача – дать противнику привыкнуть к ним или летать с осторожностью. Множественные попытки сбить наши «глаза» не увенчались успехом. В случае опасности наблюдатель просто поднимался выше, где его не могли достать – не хватало потолка – или уходил на форсаже.

Совсем отказаться от бомбёжек гитлеровцы просто не могли, но и каждый раз посылать самолёты на верную смерть… Вот и решили устроить засаду, пустив вслед за «Хейнкелями» охотников."

"Группа Архипова успела атаковать бомбардировщики и даже сумела сбить двух, когда на них налетела орда «мессеров», и они закружились в боевом танце. За это время две наши эскадрильи, разбитые на группы и пары, зашли к немцам со спины, перекрыв пути отхода, третья же атаковала снизу, воспользовавшись той же схемой что и гансы.

На данный момент ничего определенного сказать наблюдатель не мог – мельтешение быстрых машин внизу просто не давало времени определить, чья берет. Но о восемнадцати кострах доложить сумел. Сколько и кого сбито, мы узнаем позже. В этом районе находился не только воздушный наблюдатель, но и несколько десятков наземных, усиленных подразделениями охраны и врачами – для тех летчиков, которым понадобится медицинская помощь.

Оставалось ждать, когда схватка разобьется на отдельные очаги, только тогда можно будет сказать что-то определенное.

К месту боя мы подходили на четырёхстах метрах: выше нельзя – засекут, ниже можно, но создавались определённые неудобства. Так что я выбрал оптимальный вариант.

– Один «толстолобый» с двумя «мессерами» схлестнулся, – услышал я голос ведомого.

– Видел. Это «Колдун», справится. Берем ту пару, что уходит на бреющем. Видимо, их цель «Бык», снизу вдарить хотят.

Покрышкин действительно первоклассный пилот, и те два фрица для него не проблема, даже если они асы, что было видно по манере пилотирования.