Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

– Времени нет, – согласился Сталин. – Хотя я именно для этого и приехал к вам, товарищ Суворов. Хотел поговорить, но…

Верховный задумался.

– Основные мысли я изложил в своем дневнике, сегодня с утра начал, когда понял, что будут награждать. Не думал, что так получится, просто подстраховался. Все мысли про авиацию и опыт боев фронтовиков с начала войны я записать успел.

Генерал Жигарев наклонился и достал из тумбочки, куда убрала тетрадку медсестра, дневник.

– Страницы с двадцать шестой по тридцать четвертую, – пояснил я.

Иосиф Виссарионович, взяв тетрадь и попрощавшись со мной, вышел из палаты, свита последовала за ним.

Проведя рукой по лбу, я понял, что он мокрый. Разговор вживую с самим Сталиным изрядно вымотал меня. Почти сразу после того, как последний из свиты – Берия – вышел, бросив на меня пристальный взгляд, комната быстро наполнилась любопытным народом из персонала больницы. Последовал второй акт действия – поздравления.

Медсестра Мария сняла награды с пижамы и пообещала лично прикрепить их к моей гимнастерке. Попросив ее положить орденские книжки, ключи и ордер на квартиру в тумбочку – потом изучу, сейчас был изрядно выбит из колеи, – откинулся на подушку, поморщившись от боли в боку. Нужно осмыслить все, что произошло во время награждения.

– Ну и зачем ты это сделал? – услышал я от дверей."

"В палате, кроме меня и тихо суетящейся Маши, никого не было, поэтому сердитый голос особиста заставил меня вздрогнуть.

– Чего так пугаешь? – недовольно спросил я.

Судя по виду Путилина, ему вставили изрядный пистон за мою просьбу. Казалась бы, ну что тут такого? Я видел, Сталин сам хотел поговорить с фронтовиком, и если бы не посыльный, это бы произошло. Так нет, всегда найдется недовольный.

– Получилось так. А что, проблемы?

– Проблемы… Ладно, что было, то прошло. Вечером к тебе придет человек, который к тебе прикреплен, после этого мы, скорее всего, перестанем общаться.

– Кто такой? – спросил я с любопытством, глядя, как сержант садится на стул рядом с кроватью.

– Еще не знаю. Вроде из личных порученцев Самого, – поднял палец Путилин.

– Ага, понятно. Будем ждать.

Сержант осмотрелся и с любопытством спросил:

– Как все прошло?

– Знаешь, честно. Как во сне. Помню все урывками. Представляешь, дверь открывается, а там стоит САМ товарищ Сталин. Я-то думал, там товарищ Калинин будет…

– Не мог он приехать, я случайно узнал. Болеет.

– А-а-а, вон в чем дело… Ну тогда немного ситуация проясняется.

– Насколько я понял, товарищ Сталин сам хотел с тобой встретиться, – пожал плечами особист.

– Мне тоже так показалось. Кстати, а что случилось, они так быстро ушли?

– Не знаю. Подозреваю, что это мы узнаем в ближайших выпусках газет.

– Ага. Узнаешь там. Цензура, чтоб ее.