Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

– Хорошо сделано, – сказал он мне, когда я подбежал к ястребку.

– Так Семеныч же! – одной фразой пояснил я, натягивая высотный комбинезон.

– Как с аэродинамикой после покрытия всех технических отверстий мастикой? – спросил главный инженер.

– Во! – показал я большой палец и стал застегивать парашют, одновременно выкладывая подробности: – Скорость набирает быстрее, скольжение глаже, нет такого торможения на виражах, как было раньше. – Застегнув последний ремень, стал с помощью сержанта-механика карабкаться по крылу до фонаря.

– Скорость повысилась?

– Ненамного, но заметно, – ответил я, с удобством устраиваясь на парашюте.

– Мне нужен рапорт о всех нововведениях, что вы сделали, – крикнул инженер.

– Хорошо, после возращения, – тоже крикнул я в ответ.

Техники уже подкатили компрессор и стали подготавливать его к пуску.

– От винта! – крикнул я, и мы совместно запустили еще теплый мотор.

Двадцать шесть СБ Никитина – полк получил пополнение из Сибирского военного округа, а вот приказа на переформирование все не было – по одному пошли на взлет.

Заняв свою привычную позицию над строем бомбардировщиков, я «змейкой» шел в боевом охранении, внимательно следя за воздухом. То, что вылет будет без встреч с немецкими истребителями, я сомневался."

"– Лютик, я Бычок, слышишь меня? Прием, – услышал я вызов комиссара Тарасова. Как обычно, строй бомбардировщиков вел он. Никитин хоть и был опытным летчиком, но в бой самолеты водил редко, выполняя в основном административные функции. Видимо, поэтому в полку был такой порядок, тут не только просматривается работа капитана Смолина.

– Бычок, я Лютик, слышу вас.

– Лютик, иди вперед, посмотри, если над прорывом немцы, расчисти нам дорогу.

– Понял! Выполняю, – ответил я.

– Поосторожнее там, – попросил комиссар.

– Безумными могут быть приключения, герой же должен быть разумным, – слямзил я фразу одного уже покойного журналиста.

На земле мы расчистку воздуха не обговаривали, я должен был только сопровождать их и охранять. Но решение комиссара было правильным. Толку от вылета, если они не смогут выполнить свою работу?

Призвав весь свой реальный и теоретический опыт и дав газу, я рванул вперед.

– Герр майор, в эфире снова Лютик, – отвлек майора Гарднера от просмотра переведенных перехватов русских голос старшего радиста обер-лейтенанта Моузера.

– Опять? Где?! – вскинул Гарднер голову.

– Судя по перехвату, Лютик, то есть советский ас Суворов, находится в районе прорыва наших моторизованных войск. Патрулировавшие там истребители подтвердили, что это именно Суворов, его самолет. Согласно приказу, в бой они с ним не вступили и ушли на свой аэродром.

– Отлично. Вы уже сообщили об этом группе оберст-лейтенанта фон Шредера?

– Так точно, герр майор.