Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

В Москву возила, академикам показывала, денег кучу извела – все одно храпит.

– А спит как? – спрашивает печник.

– На спине, как все, – отвечает женщина."

"– Как захрапит, раздвинь ему ноги, – советует мужик.

На следующий день приходит печник доделывать работу, и встречают его накрытый стол и нарядная хозяйка.

– За что, хозяйка?

– Помог твой совет, перестал мой мужик храпеть, как отрезало. Только скажи, как ты, простой печник, сумел сообразить то, до чего академики не додумались?

– Так то академики, – отвечает печник, – а мы запросто рассуждаем, по-печному: ноги раздвинешь – яйца упадут и задницу закроют. ТЯГИ НЕТ И ХРАПА НЕТ!

Генерал вышел из машины под многоголосый хохот, который расходился волнами по мере пересказа.

С недоумением оглядевшись, он направился к единственному в поле дереву. Люди с интересом наблюдали за ним. Военных среди толпы не было, так что никакого чинопочитания не наблюдалось. Ну приехал генерал, ну и пусть его, лучше давайте еще послушаем.

Однако генерал им этого не позволил. Его адъютант, который шествовал с правого бока от своего командира, задрал голову, придерживая явно шитую на заказ фуражку, и крикнул:

– Кто такой?

Вопрос был задан на русском, уже хорошо.

– Лейтенант Суворов. Двенадцатый ИАП. Проводил разведку переднего края согласно приказу штаба фронта. При возвращении встретился с парой «мессеров», в результате скоротечного боя сбил обоих. После чего на меня напала вторая пара, которых я также сбил, но и сам был вынужден идти на вынужденную посадку из-за сильного повреждения самолета.

Слышали мы друг друга прекрасно, поэтому разговаривали, особо не повышая голоса.

– Суворов? Так вы тот самый летчик, что двадцать немецких самолетов сбил? – спросила та же говорливая бабка, прерывая старшего лейтенанта на моменте очередного задавания вопроса.

– Ну да, это я.

Говорить свою фамилию мне категорически не хотелось, но пришлось.

– Это вы летали на «мессершмитте»? – продолжал спрашивать адъютант.

– Я. Трофей добыли, вот на нем и вылетел.

– Понятно. Будет лучше, если вы слезете с дерева и мы продолжим разговор, – сказал адъютант, после того как генерал ему что-то тихо сказал.

– Не слезу. Вот та тетка, в белом платке, обещала меня камнем по голове приголубить. Та, что лопату в руках держит, – по хребту, а во-о-он та, которая за стариком прячется, грудастенькая такая, обещала изнасиловать. Я, конечно, не против, но народу много, да и советами замучают.

– Лейтенант, немедленно спуститься! – рявкнул генерал лично.

– Есть! – ответил я и стал осторожно спускаться.

– Товарищ генерал-майор, ваш приказ выполнен. Я спустился, – козырнул я, встав перед генералом.

– Ну здравствуй, герой, – внезапно улыбнувшись, протянул генерал мне руку.