История «Солнечного Ветра»

Во-первых, воевали по-умному, чтобы бить в самые уязвимые места противника, а не там, где ему будет удобно отражать наши наступления. Во-вторых, на недосягаемую высоту поднялось искусство разведки и дезинформации противника. В-третьих, мехкорпуса ОСНАЗ стали тем острым инструментом, который позволил применять приём стратегических окружений больших масс вражеских войск с их последующим уничтожением. В Основном Потоке я припомню только Сталинградский и Корсунь-Шевченковский котлы, да ещё операцию «Багратион» в Белоруссии, а в той версии войны, какую довелось воевать мне, такие операции на окружение и уничтожение насчитывались десятками. А мобилизационный ресурс для вермахта — слабое место. К лету сорок третьего года в строю вермахта и ваффен СС стояло только два миллиона половозрелых немецких мужчин, остальную же массу инертного наполнителя составляли так называемые евровойска, дикий сброд из насильно мобилизованных бельгийцев, французов, голландцев и датчан, сопливый и древнебородатый фольксштурм, а также фраубатальоны…

— Фраубатальоны? — хором спросили Жуков с Чуйковым.

— Да, — подтвердил Бережной, — мобилизация женщин — это последний отчаянный шаг Гитлера восполнить нехватку живой силы на фронте. Но только это не замедлило нашего натиска ни на минуту, ибо сдавались эти фраубатальоны советским войскам в полном составе.

— Да, — сказал Жуков, сдвинув фуражку на лоб и почесав затылок, — чудные дела. У нас до такой жути, чтобы бросать на фронт баб, не доходило. Теперь я понимаю, что мы так сильно Гитлера напугать не смогли.

— У вас поражение Германии созревало постепенно, — сказал Бережной, — успехи становили все скромнее, а неудачи все масштабнее, а у нас это выглядело так, будто в один момент из-под ног ушёл пол, а потолок упал на голову. Отсюда и испуг. Впрочем, о самом большом ужасе той истории мы вам ещё не рассказывали, ибо на то сейчас нет времени. Так что давайте, товарищи, я буду предаваться воспоминаниям о том мире как-нибудь потом, а сейчас приступим к нашим текущим делам.

— Да, — сказал я, — давайте начнём разбираться с тем, что вам предстоит делать уже через двое суток. Мы, собственно, к вам не с пустыми руками. Если позволите, то сейчас сюда принесут прибор, который позволит вам забыть про туман войны и неразбериху в собственных рядах…

Жуков и Чуйков переглянулись, и маршал Победы сказал:

— Вы, товарищ Серегин, нас заинтриговали. Несите ваш прибор, поглядим, что это за чудеса.

Пока я мысленно связывался с остроухими на челноке, генерал Чуйков позвонил на пост охраны с распоряжением «не препятствовать и проводить».