История «Солнечного Ветра»

Мир Мизогинистов, 31 августа 2020 года, 00:05, Российская империя, Москва, Кремль, Теремной дворец

Свои людоедские посиделки царь Ваня собирал в Золотой Царицыной палате — чуть ли не единственном помещении, в более-менее первозданном виде уцелевшем во дворце со времен Бориса Годунова. Но что демону до наших ценностей и древностей — чем больше всего он обесчестит, осквернит и загадит, тем ему лучше. Приближенные мизерабля были один другого лучше: международные авантюристы (совсем немного), засушенные, будто кузнечики в гербарии, остзейские дворяне, заносчивые польские и малороссийские паны, немногочисленные грузинские и армянские князья; каждый с женой или с дочерью. И никто не знает, на кого из многочисленных дам и девиц падет сегодня рок… Азербайджанские элитарии под предлогом запрета ислама показывать посторонним своих женщин благополучно держатся от этого гадюшника в стороне. Также среди прихвостней мизерабля нет потомков бухарских эмиров, хивинских и кокандских ханов, ибо один только харам исходит от того, кто сейчас сидит прямо напротив входа, то есть во главе стола."

"Зато среди приближенных царя-антихриста полно потомков выродившейся коренной российской аристократии. В Основном Потоке эти люди по большей части уже к началу двадцатого века не могли шнурки сами завязать, а в мире Мизогинистов все зашло значительно дальше, поэтому Истинным Взглядом через просмотровое окно эти деятели определялись как человеческая слизь. Другие в этот ближний круг не стремились, а, напротив, старались перевестись куда-нибудь в провинцию, подальше от столицы, и там затаиться, чтобы о них не вспомнили. Мол, чертушка тоже не бессмертный. Но иногда о таких особо хитрых вспоминали и вызывали на Москву специальным именным указом, с женой, дочерью или, в крайнем случае, с племянницей. Вот и сейчас один такой несчастный в кафтане чиновника со знаками различия действительного статского советника мнет в руках форменную треуголку. Обычно для разогрева вперёд пускают пойманную на улице босячку или сиротку из приюта, которую никто не будет доискиваться, но сегодня этот порядок изменен.

Действительна провинность того чиновника перед царем-мизераблем или мнима, но сейчас это человек совершенно определенно лишится жены в самом расцвете лет и двух дочерей примерно школьно-подросткового возраста. Палачи без особых церемоний уже разоблачили донага несчастную пышнотелую мать, и теперь приступили к испуганным дочерям. Демон в оболочке царя Ивана (а это точно он) буквально упивается каждым моментом ужаса и отчаяния своих жертв, но ещё отвратительнее выглядит сидящий у него на коленях смазливый юноша, при взгляде на которого приходит определение из лексикона мира Содома «эфеб».