История «Солнечного Ветра»

Но чем дальше течет время, тем туже приходится затягивать корсет, а после спектакля единственное лекарство от душевной и физической боли — это стакан. Понятно, почему суд при разводе оставил ребёнка отцу: ведь он сын самого Константина Симонова, а мать — падшая выпивающая женщина. Ату её, ату.

И вроде бы кто мне эта Ольга Бган, актриса театра и кино, никем не понятая, и оттого одинокая и несчастная? Но все равно защитник все слабых и обиженных внутри меня требует разобраться, спасти заблудшую душу, а её обидчиков покарать, чтобы не было их нигде и никак. Однако мешать это дело с делом Симонова не стоит, поэтому этой женщиной я попрошу заняться Кобру и Птицу, с возможным подключением Бригитты Бергман. Единственное, о чём следует попросить нашу Грозу Драконов, это никого не убивать. Так сказать, до особого распоряжения. Быть может, ещё пригодится допросить по другим делам…

На квартиру к Симонову мы пошли вдвоем с Леонидом Ильичом, при небольшом эскорте. Причём сделано это было не через портал, а при помощи «Шершня», плавно опустившегося на дорожку перед единственным подъездом дома номер два по улице Черняховского. Неизменные бабушки на скамейке при этом дружно сронили на асфальт свои челюсти. И тут же им пришлось проделать это ещё раз — первым из недр диковинного аппарата вышел Генеральный Секретарь Коммунистической Партии Советского Союза Леонид Ильич Брежнев со всеми присущими ему атрибутами: бровями и орденским иконостасом. Его благожелательный кивок в сторону бабушек и фраза «Здравствуйте, женщины!» и вовсе заставила тех окаменеть, будто пораженных стасисом. Такого не может быть, потому что не может быть никогда! Следом за Леонидом Ильичом вышел я, и за мной — четыре штурмпехотинки нашего эскорта в легкой полевой экипировке, остроухие, длинноногие, скуластые, грудастые и вооруженные до зубов, что вызвало у бабушек ещё одно ощущение шока, третье подряд. Впрочем, закончив выгрузку пассажиров, «Шершень» подпрыгнул на высоту второго-третьего этажа (чтобы не мешать проезду машин), включил маскировочное поле и притворился ветошью в ветвях деревьев. Нету тут таких, и точка.

Как и предсказывала энергооболочка, Симонов и его последня супруга Лариса, урожденная Жадова (Жидова), были одни. Явление на пороге «дорогого Леонида Ильича» привело этих достойных людей в такой же ступор, что и старушек у подъезда.

— Вот, Константин Михайлович и Лариса Алексеевна, знакомьтесь: Верховный Главнокомандующий, сиречь император, Четвертого Галактического Союза Серегин Сергей Сергеевич, решил посетить вашу скромную обитель, — отрекомендовал меня хозяевам советский генсек.