История Ирэн 3. Принятие

Документы, которые нашёл граф, были совершенно невозможными. Однако сомневаться в том, что они были подлинными, не приходилось.

Согласно документам, наследник Николай был женат на княжне Софье Мещерской и состоялось это бракосочетание до того, как было объявлено о его помолвке с данцигской принцессой. И ребёнок, мальчик, который родился, был рождён в законном браке, а значит является наследником первой очереди и восшествие на престол Александра после смерти брата, является незаконным.

Мужчины сидели и молча смотрели друг на друга. Наконец тягостное молчание разрушил император:

— Вы уверены, что мальчик ребёнок Николая?

За всех ответил Виленский:

— Насколько это возможно в такой ситуации

Александр ещё раз обвёл всех взглядом:

— Тогда сначала арестовываете всех, потом убеждаетесь в том, что мальчик действительно наследник, и, если он об этом знает, то…

На этих словах он взглянул на Шувалова:

— Алекандр Григорьевич, угрозу спокойствию империи и моей семье необходимо будет устранить окончательно.

Все подавленно молчали. Никому не был жаль Мещерского, даже княгиню Софью, но мальчишку, чья вина только и была в том, что его родители проявили безответственность, а дед имел необоснованные амбиции, мальчишку было жалко."

"Но таков мир царей, приходится принимать такие решения, с которыми потом придётся жить.

После этого разговора в кабинете главы Тайной службы, всего за несколько часов были нейтрализованы все, кто имел непосредственное отношение е делам князя Мещерского.

Ночью, в назначенный час постучались дом князя. Назвали условный пароль и имя того, кто собственно и «поделился» с тайной службой этой информацией.

Князь Мещерский не ждал гостей и поэтому ему ничего не оставалось как выслушав предъявляемые обвинения, попросить возможности одеться. Наедине с собой князя не оставили.

Когда пришли к его дочери она тоже была не одета и попросила время, чтобы подготовиться. Женщине отказать не могли.

Княгиня Мещерская вышла и попросила сама привести сына, дав им время поговорить перед арестом.

Забела, который руководил операцией, не мог отказать удивительно красивой женщине.

Когда Софья с сыном не вышли из комнаты через полчаса, граф, зайдя в комнату обнаружил мать и сына лежащими на кровати. На столе стояло два пустых бокала, горьковатый запах яда уже был еле уловим.

Возле бокалов лежал лист бумаги, адресованный императору Александру.

Забела рухнул в кресло и когда прочитал, что там было написано, подумал:

— Да гори огнём такая служба, что же это, даже детей не пожалели.

Он знал, что теперь лица Софьи Мещерской и её сына, как две капли воды похожего на наследника Николая, долго будут стоять у него перед глазами.

***

Утром к завтраку в дом наместника подъехал барон Виленский.