История одной (не)любви

Легко сказать! Но как это сделать, когда четыре огромных крылатых мужика едва ли не облизывают тебя сальными взглядами и отпускают скабрезные шуточки?

Неужели у демонов так принято? А как же слова о том, что они берегут своих женщин?

Горячая ладонь Йеванна легла под столом на ее колено, легонько сжала. Но его лицо оставалось невозмутимым, на губах играла бесстрастная усмешка.

Значит, вот что ей нужно делать? Показать, что она выше этих насмешек и плоских шуточек? Что будущую королеву Альдарика не трогает то, что шепчут о ней в казармах и в придорожных тавернах?

Подчиняясь внутренней силе, она вскинула голову и расправила плечи. Кинула на анайхов сдержанный взгляд и приступила к еде.

Голоса понемногу стихли. Демоны вернулись к своим тарелкам. Только один, тот, в синей тоге, продолжал бросать в сторону девушки странные взгляды.

Дея не могла игнорировать его, как не пыталась. Было в этом анайхе что-то смутно знакомое. Нет, они не могли видеться с ним раньше, это исключено, она вообще никогда прежде не встречала высших демонов. И все же… все же…

В голову настойчиво лезли слова Нионы о Дирхе Раанлесе. Дея не сомневалась — это именно он сидит перед ней. Но что, если она ошибается, что если ее подозрения всего лишь мыльный пузырь, построенный на догадках? Как это узнать?

Только просить.

Но захочет ли он ответить?

Обострившаяся интуиция захлебывалась, крича, что этот демон и есть тот тайный враг, который столько раз покушался на Йеванна. То же ощущение холодной враждебности исходило и от даранха, что пробрался к ней в домик в Рузанне.

Если бы Дею спросили, она бы не смогла объяснить своих чувств. Но чем больше он смотрел на нее, тем сильнее в ее душе зрела уверенность: это он.

Она прислушалась к разговору за столом. Йеванн и еще один анайх что-то обсуждали вполголоса. Наарх, поймав ее взгляд, улыбнулся:

— Вам скучно среди мужчин, что говорят только о войне и политике. Позвольте, я немного вас развлеку.

— И каким это образом? — Дея изогнула бровь, старательно сохраняя на лице невозмутимое выражение. — Расскажете мне, как хорошо быть вашей пятой женой?

В глазах Наарха вспыхнуло недоумение, а потом он расхохотался:

— Нет, простите, льерэ, но мое предложение на вас не распространяется. Я сделал его той милой человеческой женщине с мягкой грудью и пышными бедрами.

То, как он откровенно описал Катарину, заставило Дею слегка покраснеть. Она постаралась крыть смущение за новым вопросом:

— Льерэ?

— Так у нас принято обращаться замужним женщинам. У вас еще будет время выучить наш язык, он не так труден, как кажется.

— Если трон примет дайэрэ, — внезапно вмешался молчавший до этого анайх в синей тоге.