История «не»мощной графини

Секунду бабушка молчала, будто не веря, что мы говорим правду, но потом, когда прошло несколько секунд, а наши с Инессой физиономии не изменились, оставаясь все такими же серьезными, она громко хлопнула в ладоши, рассмеявшись.

– Ай да молодцы! Так их! Пусть одна общается с пауками и мышами, а другая со свиньями!

«Свиньями? – подумала я. – Но свинарник пуст».

– Оленсия продала их, – качнула головой Инесса.

– Что? – послышался возмущенный вздох. – Продала? Всех? – пожилая женщина гневно стиснула зубы, отчего черты ее лица ожесточились.

– Две недели назад, – печально вздохнула девушка. – И слуг всех разогнала.

– Вот дрянь такая!

– Главное сейчас то, – осторожно начала я, – что… ты теперь прежняя, – было сложно обращаться к бабушке на ""ты"". – Нужно заново оформить опекунство на тебя.

– Нужно! Да! – закивала головой бабуля. – А эту змею завязать узлом и вышвырнуть из дома!

Спустя некоторое время мы уже втроем спускались в кухню.

Я старалась больше молчать, фиксируя в своей голове каждое слово из разговора старой госпожи и Несс.

Мне удалось понять, что бабуля пусть и жила столько лет в поместье графа, но не потеряла своих привычек простолюдинки. Вспыльчивая, бойкая, несмотря на возраст, и готовая покусать любого, кто тронет ее внучку. Вот только… ее внучки больше нет…

– А это… что такое? – ахнула женщина, округляя глаза и смотря в окно, за которым наблюдался никто иной как Бельмон.

Толстопуз раздвинул руками ветви кустарника и просунул в образовавшееся пространство свою красную морду.

– А это… ну… В общем это жених, которого тетка выбрала для меня, – выдохнула я, мысленно слыша звон падающей челюсти бабули.

– Жених, значит.

Честно? От ее спокойного, но леденящего душу тона даже мне стало не по себе.

– А ну-ка, рассказывайте все! Да поживее!

14. Тебе все по плечу

Ролана

– Вот же гадина! – бабуля была похожа на огнедышащего дракона, готового в любой момент плюнуть пламенем. – Задумала выдать мою внучку за пентюха?! Мою красавицу! За… этого?!

Пришлось приложить силы, отговаривая ее от расправы над Бельмоном, который даже не подозревал, от какой участи я его спасла. Мы с Инессой объяснили бабушке, что, если он увидит наше присутствие в доме, то начнет ломиться в него на правах моего жениха, ведь письма этот троглодит еще не получил. Да и не хотела я, чтобы толстопуз и его сестрица раньше положенного времени увидели старую госпожу в добром здравии. Потом сюрприз для них будет.

Бабушка пусть и нехотя, но все же отступила, с сожалением поглядывая в окно и явно мечтая натянуть Бельмону глаз на его ж…ивот. Она понимала, что пока находится здесь на птичьих правах и, как бы сильно не хотелось отомстить, придется повременить с этим.