История любви леди Элизабет

Выпрямившись, он отступил на шаг и прислонился бедром к столу, опираясь на другую ногу.

Элизабет тотчас же заметила, что выражение его лица изменилось, и с волнением смотрела, как он, скрестив на груди руки, с непроницаемым лицом наблюдал за ней.

– Ты… ты хорошо выглядишь, – сказала она, думая, как он невыносимо красив.

– Я чувствую себя прекрасно, – заверил Ян, не отводя взгляда. – Удивительно хорошо, по правде говоря, для человека, который больше трех месяцев не видел солнечного света и не мог заснуть, не выпив бутылку бренди."

"Его тон был откровенен и спокоен, поэтому Элизабет не сразу поняла, что он сказал. Когда же поняла, то к ее глазам подступили слезы радости и облегчения, а он продолжал:

– Я очень много работал. К сожалению, мне редко что удавалось, а если удавалось, то оказывалось ошибкой. Учитывая все это, я бы сказал, что дела мои шли хорошо – для человека, который больше трех месяцев был почти мертв.

Ян увидел слезы, блестевшие в ее чудесных глазах, и одна невольно скатилась по ее гладкой щеке. С неприкрытой болью в голосе он сказал:

– Если ты подойдешь ко мне, дорогая, то сможешь поплакать в моих объятиях. И пока ты плачешь, я скажу тебе, как сожалею обо всем, что сделал… – И не дожидаясь, крепко прижал ее к себе. – И когда я кончу, – хрипло прошептал он, когда она обвила его руками и зарыдала, – ты поможешь мне и покажешь, как мне простить себя.

Страдая от ее слез, Ян крепче прижимал Элизабет, касаясь щекой ее виска, голос его перешел в шепот.

– Прости меня, – сказал он. Взяв ее лицо обеими руками, поднял его, чтобы видеть глаза, и гладил мокрые от слез щеки. – Я сожалею. – Медленно Ян наклонил голову и приник к ее губам. – Я так чертовски сожалею.

Она ответила ему поцелуем, судорожно прижимаясь к нему, рыдания сотрясали ее стройное тело, а слезы струились из глаз. Страдая от ее муки, Ян целовал мокрые щеки жены, гладил по вздрагивающей спине и плечам, пытаясь успокоить ее.

– Пожалуйста, дорогая, не плачь больше, – просил он, – пожалуйста, не надо.

Она крепче обнимала мужа, рыдая, прижимаясь щекой к его груди, и слезы капали на его толстую шерстяную рубашку и разрывали ему сердце.

– Не надо, – прошептал Ян с болью в голосе от собственных невыплаканных слез. – Ты разрываешь мне сердце.

Через минуту после этих слов он понял, что Элизабет перестала плакать, чтобы не расстраивать его, и почувствовал, как она вздрагивает, мужественно стараясь взять себя в руки. Сминая ее шелковые волосы, Ян прижимал ее голову к своей груди, представляя себе те ночи, в которые она рыдала из-за него так же горько, как и сейчас, и презирая себя с почти невыносимой злостью.

Он загнал ее сюда, заставил прятаться от его мести в виде развода, а она все еще ждала его.