История Ирэн. Отрицание (СИ)

Ненавидел за его смелые идеи, за дружбу с императором, за то, что, даже попав в самый эпицентр скандала, после поступка жены, Виленский продолжал как ни в чём ни бывало работать и «портить» всё.

По мнению Ставровского никаких новшеств Стоглавой было не нужно. Он свято верил в то, что все беды от этих новаторов. Старый император его поддерживал, а вот новый смотрит этому выскочке барону в рот и со всем соглашается. И если Бротта решила, что барона надо взять под контроль, что же в этом он старым врагам Стоглавой поможет.

Приняв это решение Ставровский ступил на путь предательства. Но сам он считал, что поступает как настоящий патриот своего Отечества и ему даже в голову не пришло, что путь предательства начинается с малого шага.

Барон Виленский и не подозревавший о том, что находится в эпицентре планов вражеской разведки тоже собирался на бал во дворец. Сопровождать девицу Строганову один он не мог, поэтому встречался с ней и её матушкой во дворце. Сегодня, получив записку от барона Строганова, он вдруг вспомнил, что всё еще до конца не разведён и теперь не знал, как сказать это императору."

"Виленский уже отъезжал, когда к дому подъехала почтовый возок.

– Интересно, это к нам? Неужели какая-то посылка? – Подумал барон, глядя на почтовый возок из окна кареты.

А это действительно была посылка с письмом из Никольского уезда. Дворецкий, получив посылку, положил её в кабинет Виленского. Вскоре в кабинет вошла Елена Михайловна, сестра барона и воровато оглянувшись вытащила письмо.

***

Едва появившись на балу Виленский, сразу заметил некий ажиотаж около семьи Ставровского. Оказалось, что у того теперь гостит его некая леди Бейкер, вдова его дальнего родственника. Дама была одета в новомодные шелка, которые провокационно подчёркивали весьма выдающуюся, особенно в некоторых стратегических местах, фигуру женщины. Виленский в моде не разбирался, но слышал в разговорах графа Забела о том, что в Бротте нынче новая мода, там дамы шьют платья из гандийского шёлка, который ничего не скрывает.

Бросив на саму даму мимолётный взгляд, Виленский пошёл к императору с императрицей, чтобы поздравить и выразить своё восхищение. Строгановых он пока не видел, возможно, они ещё не подъехали.

До императора он не дошёл, по пути его остановил Ставровский и с милой улыбкой представил ему «даму в шелках»:

– Барон, познакомьтесь, леди Фрида Жозефина Бейкер, вдова моего дальнего родственника. Вот обещал познакомить её со всем нашим обществом.

Виленский ограничился общими фразами минимального этикета. Дама ему не понравилась. Волосы её отдавали в рыжину, кожа как у всех рыжих была белой, и судя по количеству белил, густо нанесённых на лицо, у дамы были проблемы с веснушками.