История нового имени

Нунция обрадовалась и помогла мне сделать бутерброды с салями и проволоне. Я завернула их в бумагу и положила в сумку вместе с полотенцем и кое-какими нужными мелочами. Нунция посоветовала мне вести себя благоразумно, и мы пожелали друг другу спокойной ночи.

Я пошла к себе в спальню, хотела немного почитать, но не могла сосредоточиться. Как хорошо будет выйти из дома ранним утром, пока прохладно, и вдохнуть полной грудью напоенный свежими ароматами воздух. Как прекрасно море! Как я люблю их всех, даже Пинуччу с ее слезами и нытьем! Как я рада, что с каждой неделей крепнет любовь Лилы и Стефано! Но больше всех я люблю Нино! Какое это счастье – каждый день видеться с ним! Какое удовольствие вести с ним и с Лилой долгие беседы, зная, что мы трое понимаем друг друга, несмотря на некоторые разногласия и взаимное недовольство, иногда прорывающееся откуда-то из подсознания.

Послышался шум – это вернулись Лила и Стефано. Они перешептывались и приглушенно смеялись. Хлопали, то открываясь, то закрываясь, двери. Раздался звук льющейся воды. Я выключила свет, немного послушала шорох тростника и возню кур за окном и незаметно заснула.

Я проснулась, почувствовав, что в комнате кто-то есть.

– Это я, – шепнула Лила.

Она села на краешек моей кровати. Я протянула руку, чтобы включить свет.

– Не надо, – сказала она. – Я на минутку.

Я все равно включила свет и поднялась.

Лила была в светло-розовой ночной сорочке. Она так загорела, что глаза на этом фоне казались чуть ли не белыми.

– Видела, куда я заплыла?

– Ты молодец! Но я за тебя волновалась.

Она гордо качнула головой и улыбнулась с видом покорительницы морей. Но уже в следующую секунду к ней вернулась серьезность.

– Я должна кое-что тебе сказать.

– Что?

– Нино меня поцеловал, – на одном дыхании выпалила она, словно, делая это признание, пыталась скрыть от самой себя нечто еще более стыдное. – Он меня поцеловал, но я не разжала губы.

56

Она подробно рассказала мне обо всем. Уставшая от долгого заплыва, довольная своим мастерством, Лила повисла на Нино, чтобы передохнуть. Он воспользовался ее слабостью и прижался губами к ее губам. Она стиснула зубы. «Ты с ума сошел! – крикнула она и оттолкнула его. – Я замужем!» – «Я давно люблю тебя, – ответил Нино, – куда дольше, чем твой муж. Я влюбился в тебя еще в школе, на конкурсе». Лила сказала, чтобы он не смел к ней приставать, и поплыла к берегу. «Ты не представляешь, как он ко мне прижимался, – добавила она. – У меня до сих пор губы болят!»

Лила ждала моей реакции, но я молчала. Тогда она сказала, что мне не стоит идти с ним в горы одной, без Бруно, на что я холодно заметила, что, если Нино поцелует и меня, в этом уж точно не будет ничего дурного, поскольку я не замужем и у меня даже нет парня.