История нового имени

Идти в Барано или не ходить? Но зачем? Играть с Чиро, Пино и Клелией, пока Нино будет плавать или загорать, дуясь на отца и не сказав мне ни слова? Я проснулась поздно, около десяти, и не успела открыть глаза, как на меня накатило мучительное ощущение потери.

От Нунции я узнала, что Пинучча и Рино уже ушли на пляж, а Стефано и Лила еще не вставали. Я тоскливо макала хлеб в кофе с молоком, пока не решила, что в Барано не пойду. В отвратительном настроении я побрела на пляж.

Рино лежал животом на песке с мокрыми волосами и спал. Пинучча бродила туда-назад вдоль берега. Я предложила ей прогуляться к фумаролам, она наотрез отказалась. Тогда я одна пошла в сторону Форио, надеясь развеяться.

Утро тянулось бесконечно. Вернувшись, я искупалась и легла на песок. Я слышала разговор Рино и Пинуччи: на меня они не обратили никакого внимания.

– Не уезжай.

– Мне же на работу. К осени надо выпустить новую коллекцию. Видела модели? Как они тебе?

– Красивые. Только без уродства, которое предложила Лина. Убери это все.

– Ну что ты, она здорово придумала.

– Да что ты? Значит, мое мнение тебя не интересует.

– Неправда.

– Правда-правда. Ты меня разлюбил.

– Я очень тебя люблю. Ты сама знаешь, как я тебя хочу.

– Ну да, как же, с таким пузом.

– Я готов целовать твое пузо с утра до ночи. Я всю неделю только о тебе и думаю.

– Тогда не уезжай.

– Не могу.

– Тогда я поеду с тобой.

– Мы же заплатили за дом. А тебе надо отдохнуть.

– Мне здесь не нравится.

– Почему?

– Мне снятся плохие сны.

– Даже когда ты спишь с моей сестрой?

– С ней еще хуже. Дай ей волю, она бы меня убила.

– Ну, спи с моей мамой.

– Она храпит.

Как он только терпит ее нытье, удивилась я. Я долго ломала себе голову, пытаясь понять, что это нашло на Пинуччу. Спала она и правда плохо. Но ее призывы к Рино остаться или взять ее с собой звучали фальшиво. Скорее всего, она сама не понимала, что с ней происходит, и пыталась поделиться с ним своей подспудной тревогой, но, не находя нужных слов, выбрала сварливый тон. Впрочем, вскоре я перестала думать о ней, поглощенная другими мыслями. Мыслями о Лиле.

Когда Лила вместе с мужем появилась на пляже, она выглядела еще счастливее, чем накануне вечером. Она захотела показать ему, что научилась плавать, и они отплыли подальше – как потом сказал Стефано, в открытое море, хотя на самом деле всего на несколько метров от берега. Лила точно и изящно гребла руками, через равные промежутки времени поднимая над водой голову, чтобы хватить воздуха, и быстро обогнала мужа. Потом она остановилась и со смехом смотрела, как он плывет за ней, беспорядочно молотя по воде руками и отплевываясь от поднятых им же брызг."

"После обеда они решили покататься на мотороллерах.