История Джона, омеги, чья любовь нашлась не сразу (СИ)

— Не то чтобы, — Джон пожал плечами, — так даже проще. Альфы меньше внимания обращают. Никто не приписывает твои ошибки или достижения твоему полу.

— Наверное, — Анхель удивленно посмотрел на него. — Ты не обиделся?

— Нет, — Джон покачал головой и опустил глаза. — Он правда так привлекательно пах?

— Пах, — согласился альфа, — ванилькой, мороженым, шоколадной крошкой. Я не любитель. А вот мой брат точно бы на слюну изошел. Он у нас сладкоежка.

Анхель завел машину, они поехали на склад.

— А сколько у тебя всего братьев? — решил поддержать беседу Джон. Все ж лучше, чем обсуждать жизнь омеги без запаха.

— Шестеро, — признался Анхель, — три беты, два омеги и альфа. Я второй по старшинству. Самому старшему, Жан-Полю — двадцать два, а младшему, Анри — только двенадцать. У нас дома шумно. Только Жан-Поль отдельно живет со своим омегой. А так мы все на шее у родителей. Ну и я там был до последнего времени, пока не попался.

Джону было ужасно любопытно, на чем мог попасться Анхель. Неужели наркотики? Как- никак, но с такой квартирой, машиной и платиновой картой он вполне себе представитель золотой молодежи. Но задавать такие вопросы было просто неприлично, поэтому он ограничился другими.

— Мне казалось, что ты испанец, а имена у братьев французские.

— Наполовину испанец, — пояснил Анхель, — о-папочка — француз, они с а-папочкой познакомились на отдыхе в детском лагере, когда обоим было по четырнадцать. С тех пор неразлучны. Ругаются, посуду бьют, кричат друг на друга и тут же мирятся. Не дом, а сплошной вулкан. У нас в семейке у всех взрывной характер, даже у бет. А для детей они имена выбирали по очереди. Так что у нас и испанские имена, и французские.

— Понятно."

"Джон чуть завистливо вздохнул. Анхель отзывался о своих родственниках с большой теплотой. У Джона в семье такого никогда не было.

Рабочий стол они получили очень быстро. Альфа не позволил Джону взять в руки ни единой детали, и сам перетаскал все доски в машину. Они, кстати, еле-еле туда поместились. Джон чувствовал себя ужасно смущенным, никогда прежде ему не запрещали что-то делать на основании того, что он омега. Анхель был непреклонен — омеги тяжести носить не будут. Джон смущался и краснел, но не спорил. Это оказалось ужасно приятно — быть беспомощным омегой под присмотром сильного альфы. Пускай это все было не всерьез.

До дома они добрались быстро. Анхель перенес все детали будущего рабочего места в лифт, и они отправились наверх. Джон уже практически привык к запаху альфы. Теперь единственное, о чем он мог думать — это как он будет без этого запаха жить.

— Рабочее место лучше всего сделать здесь, — Джон указал на выбранную стену. Он уже понял, что Анхель сам не готов принимать подобные решения.