10 лучших детективных историй

– А откуда у нее на журналистов выходы? – пробормотала Татьяна.

В базе данных агентства звезд, подобных Эвелинке, – сотни. И ни для кого прессу на съемки ни разу не приглашали.

Но возразить режиссеру Татьяна не успела. Потому что к ним с Красивым вдруг бросился молодой американский сценарист. И нахально заявил:

– Я приказал не переставлять технику. Сцену нужно переснимать.

– Ты приказал? – иронически поднял бровь режиссер.

– У меня, как у сценариста, есть право вето, – не смутился ученый американец. – Сцена явно не удалась. Понимаете, Валентин, – он важно взглянул на режиссера, – у вас пока абсолютно не получается создать той романтической атмосферы, о которой говорилось в сценарии. Не выходит заставить потребителей полюбить наши духи… вдышаться в них…

– Блин… – в притворном ужасе схватился за голову режиссер.

Таня тоже кипела от возмущения. Да уж, юный американец – и не умный, и крайне беспардонный. По его сценариям покуда ни единого ролика не сняли, а он уже самого Красивого жизни учит. Думает, раз племянник Маккагена – значит, ему все позволено?

И она ласково произнесла:

– Вам не кажется, Стив, что вы свою задачу уже исполнили? Сценарий написан, и неплохой в целом сценарий, – она фальшиво улыбнулась. – А как снимать – пускай уж Валентин сам решает.

– Как это сам решает?! – вспылил американец. – Ролик мой. Понимаете, мой! И я никому не позволю его запороть!

– Вот придурок, – усмехнулся Красивый.

– Сами вы… stupid! – рявкнул американец. – А мой ролик еще прославится. Вот увидите!

А из стана журналистов тем временем донеслось:

– Эй, творцы! Хорош трепаться. Колотун! Запускайте Эвелинку голую – не догоним, так хоть согреемся! А то уедем счас, на фиг!

И в стае акул пера раздалось здоровое жеребячье ржание.

– Вот и вся романтика, – улыбнулась Стиву Садовникова. – А ты говоришь: флер, дымка, ароматы… Народу, прости, не флер нужен, а Эвелина без трусов.

Стив – неожиданно – спорить не стал. Примирительно произнес:

– Ну, раз народ просит…

– Будем снимать дальше? – обрадовалась Татьяна.

– Ну да, – кивнул американец. – А то вдруг и правда разъедутся… – И, начальственным баском, крикнул: – Пусть Эвелина раздевается!

Таня ретранслировала команду американца костюмерше. Пока говорила, в поле ее зрения случайно попал бритоголовый спутник фотомодели. Тот стоял молча, лицо болезненно дергалось. А крутившийся рядом с ним худосочный якобы кузен что-то шептал братку в ухо. И лицо у того мрачнело еще больше.

«Оба они какие-то странные», – мелькнуло у Татьяны.

Но тут она увидела, как режиссер тихой сапой ввинтился в ряды выпивающих журналистов. Сейчас точно коньяку хлебнет!

И Садовникова стрелой бросилась за ним, а спутников фотомодели из головы мгновенно выкинула.