История злодейки

В это мгновение мне очень захотелось уничтожить этот мир… Миры! Все и даже больше, лишь бы освободиться.

И он мог… он мог выполнить свою угрозу, чтобы спасти свою жизнь, но не сделает этого. Вместо этого просто готов смириться со своей смертью…

Как же я его ненавидела сейчас… Чертова бездушная тварь, которая оказалась благороднее и милосерднее многих людей…

— Демон, — подходя ближе без опаски, холодно обратился Костас к демону. — Сними проклятье с моего рода.

Ян оскалился, но вздохнул, поднял когтистую ладонь на уровень с грудью короля… и последний болезненно сжался, хватаясь за место на плече, отчего оставшиеся гвардейцы дернулись на защиту правителя, но тот быстро поднял руку, требуя остановиться.

Костас разогнулся, отдышался, потирая место, где прежде, как я уже знала, у него было большое родимое пятно, и требовательно спросил:

— Все, — с ненавистью и достоинством отозвался демон.

— Отлично, — довольно улыбнулся Костас. — Будет последнее слово? — задал он вопрос, от которого у меня подкосились ноги.

— Сбереги ее… — произнес демон так тихо, но серьезно, что мне показалось, что это лишь обман слуха.

— В этом можешь не сомневаться, — так же серьезно кивнул король и занес руку, с зажатым в ладони артефактом, чтобы ударить им об пол.

Не знаю, откуда появились силы. Но я с быстротой молнии умудрилась, довольно метко ударить удерживающего меня мужчину каблуком по колену, а после дернулась, выворачивая руки, отчего пришлось поморщиться, но вытерпеть, ведь оно того стоило, и я оказалась свободной и сидящей на полу. Правда, ненадолго, ведь помимо оклемавшегося конвоира, ко мне с двух сторон бросились еще два гвардейца.

Осмотрелась и на мое счастье оказалась рядом с тем местом, где в луже крови еще валялся мой ножек, которым я… короче! Еще одной тошноты я точно не выдержу.

Рванула туда и смогла выхватить оружие, быстро поднимаясь на трясущиеся ноги, держа в руке скользкий от крови нож.

— Это смешно, Виктория, — усмехнулся Костас, но артефакт разбивать уже не торопился. Мне же многого не нужно, потому слегка расслабилась. — Мои люди хорошо обучены. Ты не сможешь ничего им сделать.

— Я им и не собиралась ничего делать, — широко оскалилась я, а после приставила острие ножа к собственной груди, с вызовом и такой же мрачной решимостью посмотрев в лицо короля.

— Виктория, сейчас успокойся, — моментально напрягся Костас, а я выкрикнула:

— А ну, стоять! — рявкнула я, бешенными глазами взирая на гвардейцев, которые с опаской и сомнением поглядывали на короля. — Сдвинетесь еще на сантиметр, и моя смерть будет на вашей совести! — грозно пообещала я и вновь посмотрела на Костаса.