Алауэн. История одного клана

От самобичеваний по ходу проглатывания третьего пирожка меня отвлекло тихое поскребывание. Я оторвалась от собственных мыслей и прислушалась. Заклинания, наложенные на дверь, явственно говорили о ком-то постороннем за ней, а вот внутренние чувства – о близком и родном.

Отставив корзину, я едва ли не вприпрыжку кинулась к двери. Такое близкое, дурманящее тепло заставляло сердце биться чаще, тело нетерпеливо дрожало, а пальцы похолодели и сбивались при плетении ключа к охранкам. Наконец мне удалось ненадолго приподнять щиты. Быстро открыв дверь, я ухватила лыбящегося Сери за ворот и буквально втащила в комнату. Вроде успела закрыть дверь до того, как мои телохранители почувствуют неладное.

Сери стоял посреди небольшой комнатки, хлопая желтыми растерянными глазами, и трогательно прижимал к груди слегка помятую охапку цветов. Гранатово-красная грива собрана в растрепанную косу, но несколько непокорных прядей падали на лицо. Кожаные брюки и безрукавка скрывали… да ничего они почти не скрывали, а только подчеркивали скульптурное тело, выводя каждый изгиб, каждую черточку тугих мышц и порочной мужской плоти. Сквозь расстегнутую низкую горловину безрукавки виднелась золотистая кожа груди. В обнаженных сильных руках дракона, чуть опав головками, были зажаты алые маки с длинными, тонкими изумрудно-зелеными стебельками.

И куда он собрался в таком виде, да еще с цветами?

Все внутри окатило жаром, и я едва смогла сдержать собственные чувства. Вот она какая – ревность дракона! Обжигающая боль и сбитое, тугое дыхание. Сжатые пальцы и настойчивая мысль: «Мое! Никому тебя не отдам!»

– Ты такая забавная, – улыбнулся Змей… мгновенно выбив меня из неприятной липкости собственнических замашек.

– Почему? – растерялась я.

– В этом костюме. Милая и кажешься домашней, почти ручной.

Я оглядела себя… и поняла – у него есть все основания смеяться надо мной. Большая мягкая рубаха давно потеряла свой первоначальный вид, пребывая в более чем плачевном состоянии – серая, с оторванной шнуровкой и даже неряшливой заплатой, на груди вензелями вышитые буквы АА – подарок младшей сестры. Из-под нее выглядывают коротенькие шортики, чем-то напоминающие мужские семейные трусы. Может быть, веселыми зайчиками рисунка? Голые ноги с ушибленной еще при падении с дракона коленкой и толстые шерстяные носки вместо тапочек. «Красавица»! Особенно рядом с драконом.

Щеки неумолимо залил румянец.

– А ты чего пришел-то? – решила я отвлечь его каверзным вопросом.

– К тебе. – Невероятно, но Сери, похоже, смутился – на щеках заиграл румянец, а взгляд метнулся в сторону. – Я… вот принес. Это для тебя, мое сокровище.

Цветы оказались в мои ослабших руках.

– Это мне? – глупо переспросила я, совсем растерявшись.

– Да.