Алауэн. История одного клана

Он погладил меня по голове, шепча какие-то успокоительные слова. Я не слушала. Просто сидела, прижавшись к его груди. В тот момент мне вспомнилось, как точно так же большими глотками я пила нежность и заботу матери, когда еще совсем малышкой бегала к ней с разбитыми коленками или ссадинами. А теперь вот хлюпаю носом в объятиях Змея.

– Что это было? – спросила я, боясь совсем заблудиться в своих противоречивых чувствах.

– Раскрылась печать. Теперь никто не заберет тебя. Ты будешь моей, и только моей. Андин, – шептал Сери, по-прежнему прижимая меня к себе, – не бойся, моя милая, теперь тебе никто не причинит вреда. А если кто и отважится, будет иметь дело со мной.

– Я же тебе говорил – мы заботимся о своих сокровищах. А ты моя главная драгоценность. Никому тебя не отдам. Мое чудо. Моя девочка… – бормотал он, покрывая лицо поцелуями.

Что-то не давало мне покоя, но я никак не могла понять что. После пережитого шока все еще кружилась голова, а мысли предательски разбегались в стороны.

И только когда случайно посмотрела на свою, казалось, сгоревшую руку, поняла – на ней не было никаких повреждений. Ничего… кроме Кешки.

Но если раньше змееныш максимально мог вытянуться от плеча до локтя, да и то немного не хватало, то сейчас кончик его хвоста касался среднего пальца, а голова упиралась в ключицу.

Слабость как коровой слизало. Вскочив, я пробежала пару кругов по комнате, а потом остановилась напротив дракона:

– И как это понимать?

– Вижу! Какого упыря происходит? Что это значит? Какая печать?

– Моя печать. Знак того, что ты принадлежишь мне.

– Этот вопрос ты задавала. Придумай другой. А лучше иди ко мне, – ухватил меня за кончики пальцев и потянул.

– А не пойти бы тебе… в Аидову пустошь нетопырей ловить!

Вырвавшись, я помчалась на поиски Иаллин. Все же Кеша произведение ее искусства, вот и пусть объясняет, какого волкодлака тут происходит.

Подруга нашлась только через час, за который я успела дважды обежать всю деревню, перепугав местных до икоты.

– Алка, что произошло с моей татуировкой? – взяла ее в оборот, как только драконица вошла во двор дома.

Судя по тому что блондинка резко перестала улыбаться и побледнела, ничего хорошего это не предвещало.

– Ой, болван! – прикрыл одной рукой лицо Колин. – Он это все-таки сделал.

Посмотреть братец не успел – его безжалостно покусали еще на подходе. Вернувшись на место, Кеша преданно заглянул мне в глаза и помахал кончиком хвоста.

– Нет уж, я лучше издалека, – здраво решил Колин, дуя на покусанный палец.

– Что это такое? И почему он так себя ведет? Иаллин, объясни мне, почему моя татуировка вылезает из меня и кусается.

– Я уже слышала. Дальше. Зачем она и почему появилась?

– А она не появилась, – вышел из-за яблони оборотень. – Иаллин ее еще давно сделала.