История Ирэн 3. Принятие

Стало себя жалко, но ещё жальче стало детей, Танюшу и Сашеньку, каково им снова будет потерять маму. Еле сдержала подступившие слёзы. Не будет она плакать, не увидит Ставровский её слабости.

Через некоторое время пришла служанка и принесла чай, на подносе вместе с чашкой стояла свеча и стало немного повеселее. Служанка ушла, а Ирина заметила на подносе маленький квадрат бумаги.

Развернула и поднесла его ближе к свече. На нём незнакомым почерком было написано:

«Не ложитесь, ждите, за вами придут»

Надежда снова расправила крылья и настроение поднялось.

— Конечно они не оставят меня в беде, — Ирина с благодарностью подумала о Забела и о Виленском. Почему-то ей казалось, что несмотря на разногласия, эти двое обязательно объединятся и удвоят усилия, чтобы её спасти.

Время тянулось бесконечно, Ирина не стала ложиться, а продолжила сидеть на неустойчивой табуретке, чтобы даже, если она уснёт, то упасть и проснуться.

Наконец, она услышала звук ключа, отпирающего дверь. Сердце забилось.

Кто? Андрей или Сергей?

Но увидев вошедшего, Ирина всё-таки не сдержалась, и слёзы полились из глаз.

Кирилл безуспешно искал хоть что-то, что могло бы помочь ему выбраться из этой комнаты. Вдруг в какой-то момент он увидел, что под дверь просунули небольшой, свёрнутый квадратом лист бумаги.

Незнакомым почерком было написано:

Подписи не было, но Балашов отчего-то сразу поверил, что это действительно доброжелатель. И стал ждать.

Было сложно бороться со сном, в комнате не было окон и очень скоро Балашову стало не хватать воздуха. В какой-то момент ему показалось, что он уснул, а когда проснулся, то уже был день и дядя, неприятно улыбаясь сообщил ему, что…

Вскочил, обливаясь потом, подошёл к двери, толкнул, дверь тихо отворилась.

Вышел в коридор, огляделся, дом как будто вымер, не было слышно ни звука. Где держали Ирэн он помнил хорошо, надо было пройти на другую сторону дома, но зато оттуда по «чёрной» лестнице, которая использовалась слугами, можно было беспрепятственно выйти во внутренний двор.

Сколько раз он пользовался этой лестнице, когда Жозефина жила здесь в доме дяди. Мелькнула мысль, а не причастен ли дядя и к её смерти?

Дошёл по коридору до крыла слуг, толкнул дверь.

—Надо же, — подумал Балашов, — не обманул «доброжелатель»

У подоконника возле узкого окна сидела Ирэн, лицо её, поначалу светившееся надеждой, вдруг приняло скорбное выражение и из тёмных глаз, казавшихся бездонными в полумраке комнаты, полились слёзы.

— Вы, — безнадёжно как-то спросила Ирэн, — ну почему это вы?

— Ирэн, у нас мало времени, я здесь, чтобы помочь тебе.

Ирина вдруг заметила, что Балашов стал каким-то другим. Выглядел поникшим, даже его золотые кудри потускнели.