История Ирэн 3. Принятие

Дождавшись, когда подъедут люди из особняка с запасными товарами, вместо испорченных, Ирэн с сыном и отцом, в сопровождении отряда охраны, графа Забела и барона Виленского, тоже выехали с выставки.

В особняке Ирэн ждал сюрприз. Приехал доктор Путеев, который высох ещё больше, а Ирина поняла, что за всеми этими хлопотами забыла рассказать ему о письме Анны. Сначала она решала каким образом донести до Николая, что «путь открыт», но так, чтобы соблюсти просьбу Анны, которая переживала, что любовь Путеева на расстоянии сошла на нет, потом закрутилась с мылом и со сборами, и так и не поговорила, а писать о таких вещах в записках не хотелось.

И сейчас, глядя на Николая Ворсовича, жалела, что не нашла времени. Выглядел Путеев словно месяц ничего не ел и не спал. Круги под глазами, на лице только его замечательный нос и остался.

Прасковья Валуевна спала, к ней Ирина побежала первым делом, чтобы узнать, как она себя чувствует. Но ей позволили только взглянуть на лежащую в кровати госпожу Гайко и пообещали сразу послать за Ирэн, как только та проснётся.

Ирина очень устала и ей очень хотелось побыть с семьёй, а барон Виленский пока в семью не входил. И дело даже не в официальном статусе, а в тех ощущениях, что дарила семья: тепло, спокойствие. С семьёй было комфортно находится вместе, не надо было ничего из себя изображать.

Ирина пока барона толком и не узнала. Но приглашать на ужин Забела и не приглашать барона было бы странно, поэтому Ирэн предложила остаться на ужин обоим, в надежде, что оба и откажутся. Но, похоже ни один из них не собирался отступать и оставлять её одну. Вдруг «соперник» передумает и вернётся, даже если сначала откажется.

В общем ужин получился шумным. Путеев рассказывал про то, как идёт оснащение больниц и полевых госпиталей шприцами и сетовал, что стеклодувная мастерская, которую запустила Ирэн, еле справляется, и что надо бы расширяться.

Завтра на выставке Путеев договорился встретиться с бароном Виллье на стенде у Ирэн.

Ирэн стало весело, и она рассказала историю со своим стендом и часовней. И то, что теперь у неё два стенда.

Граф Забела, выслушав историю с мануфактур-коллегией так сжал зубы, что у него обозначились желваки на лице, и, переглянувшись с бароном Виленским, едва заметно кивнул.

Что означал этот молчаливый диалог Ирина так и не поняла. Но решила не спрашивать на какую тему они глаза щурят и головой кивают.

Вдруг дверь открылась, и слуга доложил, что Ирэн Леонидовну спрашивает какой-то офицер.

— Зови, — сказал Леонид Александрович, за что Ирина была ему очень благодарна.

Через минуту в столовую в сопровождении слуги вошёл человек, по виду которого можно было сказать, что ехал он «три дня и три ночи».