Криминальные истории

Надеюсь.

— Я тоже очень надеюсь, — сказал Мейсон. — Но если полиция нажмет на него, он сломается, и тогда быть беде.

Мейсон не стал тратить время на то, чтобы вывести свою машину со стоянки. Он остановил такси, вскочил в машину, сказав:

— Максимально быстро, на 2420 Бригамор-стрит.

— Держитесь, — сказал таксист. — Я домчу вас мгновенно.

— Хорошо, — ответил Мейсон. — У меня срочное дело. 20 долларов за то, чтобы вы своей ездой не напугали меня до смерти.

Шофер ухмыльнулся, сосредоточился на движении, бросая машину в каждое свободное пространство и давя на сигнал.

Когда они повернули на Бригамор-стрит, Мейсон вздохнул с облегчением, увидев машину Деллы, запаркованную около главного входа. Полицейских машин не было видно.

Адвокат бросил таксисту 20 и 10 долларов, сказав:

— Сдачи не нужно. Вы заслужили это. Спасибо, — и быстро пошел к дому.

— Мне подождать, — спросил таксист.

Мейсон помахал ему рукой, делая знак уезжать, и стал открывать дверь. Она была незаперта. Адвокат вошел в дом.

— Делла, где вы? — позвал он.

— Сюда, шеф, — услышал Мейсон голос Деллы.

Мейсон прошел через зал для приемов, гостиную и вошел в кабинет.

Делла Стрит сидела рядом с рыдающей Лорной Уоррен, беспомощно успокаивая ее."

"— Посмотрите на меня, — сказал Мейсон. — Посмотрите и выслушайте. У нас очень мало времени, поэтому к делу. Ваш муж арестован за убийство Коллистера Гидеона. Им, может быть, не удастся организовать против него дело, если он ничего не будет говорить, так же как и вы. Вероятно, они собираются доказать, что убийство было совершено из сострадания к вам. Вам придется говорить полицейским правду. Вы должны будете сказать, что ваш муж запретил вам давать какие-либо показания, что абсурдно обвинять его в убийстве, что вам лучше всего хранить молчание. Если полиция сможет доказать, что вы знаете Гидеона или работали с ним, у них будет мотив убийства.

— Я не должна отвечать на вопросы? — спросила Лорна.

— Вы имеете право не свидетельствовать против своего мужа, — сказал Мейсон. — Скажите им, что вы будете давать показания после того, как они освободят вашего мужа, а пока он находится под арестом, вы не скажете ни слова.

— Подумать только, — сказала госпожа Уоррен, заливаясь слезами, — Гидеон мне казался таким джентльменом, господин Мейсон, а он превратился в настоящее чудовище. Одно время я была им просто загипнотизирована. Считала его одним из самых лучших людей в мире, одним из самых думающих, проницательным бизнесменом, считала его идеалистом.

— Оставьте, — сказал Мейсон, услышав дверной звонок. — Это, очевидно, лейтенант Трагг. Помните, если они заподозрят правду, они докажут мотив преступления. Я не хочу, чтобы это случилось.