Истоки

— Вот что тебе и Джонатану Гилберту следует написать в вашей фальшивой истории, что так не должно быть.

""Так все и должно было случиться,"" сказал отец, выхватывая палку, которую хранил в большой вазе в углу комнаты.

Он тут же разломал ее надвое на полу и держал длинным заостренным концом вперед.

Быстро, не раздумывая, я обошел отца и резко дернул назад за свободную руку, отчего он отлетел к кирпичной стене.

Отец закричал от боли, когда ударился о пол.

А затем я увидел это.

Кол торчал из его желудка, во все стороны брызгала кровь.

Я побледнел, чувствуя, как желудок поднимается к груди и желчь наполняет глотку.

""Отец!"" я бросился к нему и упал на колени.

""Я не хотел этого.

Отец…,"" задыхался я.

Я схватил кол и выдернул из его живота.

Отец закричал, и кровь сразу же полилась из раны, как гейзер.

Я смотрел с ужасом, но был очарован.

Кровь была такой красной, такой насыщенной, такой прекрасной.

Как будто бы она звала меня.

Я чувствовал, что умру в ту же секунду, если не попробую кровь.

Очарованный, я, я поднес руку к ране, а руки — к губам, пробуя жидкость. Она коснулась моих десен, языка, горла.

""Отойди от меня!"" — хрипло прошептал отец, отодвигаясь от меня, пока вся его спина не оказалась прижата к стене."

"Он с силой оттолкнул мою руку от его раны, а затем упал к стене, закрыв глаза.

""Я …"", — начал я, но потом почувствовал колющую боль во рту.

Это было хуже, чем выстрел у меня в груди.

Это было ощущение стянутости, а затем ощущение миллиона игл, проникающих в мою плоть.

""Уйди …"" — отец дышал, закрыв лицо руками, пытаясь не задохнуться.

Я убрал руки ото рта и дотронулся пальцами до зубов, которые стали острыми.

Затем я понял: теперь я один из них.

— Отец, выпей моей крови. Я могу спасти тебя! тут же сказал я, опускаясь к нему и приводя его в сидячее положение.

Я поднес свою руку ко рту и зубы легко содрали несколько слоев кожи.

Отец взрогнул и отодвинулся, а кровь продолжала хлестать из его раны.

""Я могу излечить тебя.

— Если ты выпьешь этой крови, она залечит твои раны. Пожалуйста?

Я умолял, смотря в глаза отца.

— Я предпочту умереть, — объявил отец.

Через минуту он закрыл глаза и упал на пол в лужу крови, которая образовалась вокруг его тела.

Я положил руку на его сердце и подождал, пока оно не остановится.

Глава 32

Я повернулся спиной к имению и пошел, а затем побежал в город по грунтовой дороге.

Каким-то образом, я чувствовал, что мои ноги практически не касались земли.

Я бежал все быстрее и быстрее, но мое дыхание оставалось прежним.

Я чувствовал, что я мог бежать так вечно, и я хотел этого, потому что каждый шаг уводил меня дальше и дальше от ужасов, свидетелем которых я стал.

Я пытался не думать, пытался заблокировать воспоминания из моего разума.