Истоки

Тихо.

Не было ни страсти, ни опасности.

Я всплыл и стряхнул волосы с моего лица, чужие одежды свисали с моих промокших конечностей.

Хотя знал свою судьбу, я чувствовал себя необычайно живым.

— Тогда я умру.

Деймон кивнул, глаза выражали скуку и безразличие.

""Без Кэтрин мне не жить"".

Я вылез из воды и обнял брата.

Он был теплым, живым.

Дэймон слегка приобнял меня, а затем снова обхватил колени, и устремил свой взгляд вдаль.

""Я хочу, чтобы все кончилось"", — сказал Дэймон и зашагал прочь.

Я смотрел ему вслед, вспоминая время, когда мне было восемь или девять, а мой отец уходил на охоту.

Это было сразу после маминой смерти, и в то время, как Деймон погрузился в школьные выходки азартные игры и скачки на лошади, я сблизился с отцом.

Однажды, чтобы подбодрить меня, отец взял меня в лес на охоту.

Мы целый час выслеживали оленя.

Мы с отцом все глубже погружались в лес, следя за каждым шагом животного.

Наконец мы увидели оленя. Он ел ягоды прямо с куста.

""Стреляй"", — пробормотал отец, направляя на него винтовку.

Я дрожал, не спускал глаз с оленя и потянулся к курку.

Но в тот момент, когда я спустил курок, на поле выбежал олененок.

Олень побежал прочь, а пуля попала малышу в живот.

Его ноги пошатнулись, и он упал за землю.

Я хотел помочь ему, но отец схватил меня за плечо.

— Животные знают, когда время умирать.

Оставь его одного"", — сказал отец и увез меня прочь.

Я плакал и не мог успокоиться.

Теперь, наблюдая за Дэймоном, я понял.

Теперь было его время умереть.

— Прощай, брат, — прошептал я.

Глава 30

Хотя Дэймон хотел умереть в одиночестве, у меня было незаконченное дело.

Я покинул карьер и направился к поместью.

В лесу пахло дымом, даже от листьев.

Они хрустели под ногами,

и я вспомнил, как мы с Дэймоном еще детьми играли в прятки.

Я подумал, сожалеет ли он о том, что случилось, или ему так же все равно, как и мне.

Я подумал, увидимся ли мы в раю.

Я направился к дому.

Гостевой домик сожгли, его балки торчали, словно скелет.

Некоторые статуи вокруг лабиринта были разбиты, и факелы и мусор валялись на когда-то пышной лужайке.

В главном доме горел свет.

Я ходил из стороны в сторону и слышал голоса, раздающиеся из веранды.

Я тут же спрятался под ступеньками.

Скрытый за листвой, я полз на коленях вдоль дома, пока не увидел окошко на веранду.

Я пригляделся и увидел тень отца.

Свечи были единственным источником тусклого освещения комнаты,

и я не увидел Альфреда, сидящего там, где обычно, готового поприветствовать гостей.

Я задавался вопросом, убит ли кто-нибудь из прислуги.

— Еще бренди, Джонатан?

С примесью вербены.

Не то, чтобы мы должны беспокоиться…"", — сказал отец, и его слова эхом отразились от двери.

— Спасибо, Джузеппе.

Спасибо, что принял меня.